Бож-же! Я поднялся на ноги и молча пошел по крылу к середине «Кузнечика», где у «Саранчи 8М» располагались левая и правая группы ходовых двигателей. Два атмосферных движка и два для реактивного курсового ускорения (и торможения) в вакууме. Согласно полученному поручению, мне нужно было залезть в воздуховоды воздушных безлопастных турбин-репульсоров и там все осмотреть на предмет целостности и загрязнений.
В принципе, в них ломаться особо нечему было — недаром военные выбрали именно эти движители. Поток воздуха создается и закручивается за счет электрической высокотемпературной ионизации набегающего потока воздуха с последующим разгоном получившейся плазмы электромагнитным полем. Отсутствие движущихся частей — серьезный козырь к живучести агрегата, кроме того репульсор сам себя чистит, выжигая все, что попадает внутрь. Но, как говорится, сломаться может абсолютно все.
— Прослежу, чтобы никто не полез к пультам, — догнав меня, Кер рыбкой нырнул прямо в корпус корабля.
Следующей меня догнала младшая Дрейк.
— Ну Ори! Ты сам говорил, что у меня бывают проблемы с мелкими деталями моих планов, — напомнила она мне. — Потому что эмоции мешают мне сосредоточится и все продумать!
— Не «мелкими», просто «с деталями», — поправил я. — «Мелкой» деталью сгоревший комм и зависание в паутине назвать нельзя при всем желании.
— Но ведь кончилось все хорошо! — радостно улыбнулась подруга. — Ты помог мне понять Пушка, а новый комм мне папа выдал из своих запасов.
А, так вот откуда столь навороченные функции в приборе типа настройки спектра фонаря.
— А значит меня надо понять и простить, а не дуться! — сделала вывод Дрейк, словно в противовес смешно надув щеки, одновременно нацепив на мордашку заискивающее выражение лица.
Не знаю, как отреагировал бы просто ребенок, но я-то уже был взрослым в прошлой жизни. Ну как сердиться на мелкую милоту? Которая хоть по глупости то и дело вляпывается — но никогда со злым умыслом?
— Я не обижаюсь, — мягко ответил я ей. — Просто давай договоримся не ловить жуков на мою голову?
— Заметано! — улыбнулась девочка. — А куда мы идем?
— Пришли, — я поискал замок и длинным прутом с гранями отомкнул кусок обшивки, в раскрытом виде представляющий собой трап для инженерного обслуживания. — Кэп поставил мне задачу проверить атмосферные движки.
— Ух ты! А можно я тоже гляну? Хоть одним глазком!
Ну, кто б сомневался.
— Только не мешай, пожалуйста, — попросил я, прикинув, что даже Дрейк не под силу что-то тут сломать. Тем более, Синий следит, чтобы никто не подал ток на пластины ионизаторов.
— Тут три камеры, — я показал на сужение впереди, а потом и сам пролез туда. — Там где ты — забора атмосферных газов, я — в ионной, а дальше — разгонная, она открывается соплом.
Пришлось зажечь фонарь, чтобы хорошо разглядеть идущие спиралями полосы пластин электродов, составляющие одно целое со стенкой движка. Нагара нигде не было, каких-то существенных сколов не наблюдалось…
Кракхх.
— Это был жук, — констатировал Красный, увязавшийся за мной. — Ты его фонариком немного ослепил, похоже. Там, в разгонной части их куда больше. Видно, залетелели и остались отдыхать до ночи.
— Гадость какая, — пробормотал я, пытаясь понять, что делать с изгвазданной подошвой ботинка.
— Какая гадость? — тут же сунулась Алиса, заглядывая через сужение.
И, поскольку внутри было довольно темно, зажгла фонарь в своем комме.
Значительно более мощный фонарь, вернее, фотонный источник комма зоолога-авантюриста Игоря Дрейка.
Где спектр излучения недавно был перенастроен под излучения светляков Вивены.
Где-то секунду до меня порциями доходило все это, а потом…
— Алиса!!!
…Я не успел выставить сферический барьер.
— Стой и не двигайся! — дочь своего отца положил свой коммуникатор на подъем сужения так, чтобы я оставался в свету. — Сейчас мы их соберем с тебя с запасом!
Я не ответил, судорожно пытаясь растянуть тот кусочек Железной рубашки, что у меня уже более-менее получился, на все тело. Долбанное просветление, ну и где ты⁈
Как выяснилось уже на следующий вечер, суровые космические дальнобойщики долго отдыхать не умеют. К обеду весь экипаж, еще вчера рассказывающий, как они сорвутся в загул на несколько дней — неделю, не меньше! — собрался в кают-компании. Хотя все были свободны от вахты. Пришлось ставить тесто на булочки — чем-то же нужно было их кормить. И слушать, как нелегка жизнь туриста на этом поросшем зеленью куске камня. В основном — борьбой со скукой.
