Потому Бен Ферандо не особо задумывался, зачем его вызвал к себе ректор. Правильно говорить «начальник Академии», но традиция есть традиция. А то ведь может показаться, что Академия Элитеи чем-то хуже столичного Университета. Нехорошо. Да и ректор может обидется. Обижать магистра-солнечника в здравом уме? Нет таких дураков. Потому ректор.
А на счет вызова… Для преподавателя, ведущего прикладную боевую дисциплину у ВИО-группы — это отнюдь не редкость. Вот какой-нибудь зануда-математик обделался бы, узнав, что его через голову собственного завкафедры ректор на личную беседу вызывает… Да, ВИО — это высокий индекс опасности, если что.
Так что Ферандо даже гадать не стал. Скоро и так узнает. Может, попросит приглядеть за неким перспективным учеником или захочет узнать, как продвигаются дела с подготовкой к полигонному выходу у подопечных? А то и вовсе выговориться перед старым армейским другом, которому, в отличие от большинства преподавательского состава, он мог полностью доверять. Ну еще бы не доверять, если вытащил товарища из большого дерьма и вполне можешь запихнуть назад.
После одной не самой приятной истории, Бен уволился с действительной — как раз контракт кончился. Можно было побарахтаться, но Ферандо предпочел наглухо обрубить концы. Сменил айди и скрылся за псевдонимом Борк Рауль. Осел в одной из тех дыр, где найти неприятности гораздо проще, чем ставшего там своим человека. Занялся призовой охотой, которая оказалась весьма прибыльным дельцем!
Пряткам пришел конец, когда старый враг нашел его — как оказалось, на свою беду. И можно сказать, что закончилась эта история хорошо, но в процессе погиб продажный республиканский маршал. Бену пришлось бежать, чтобы не попасть в жернова правосудия — за убийство своего, какой бы шкурой он (точнее, она) не оказалась, маршалы могли и не довести дело до суда.
К счастью, с этим ему помогли все те же сослуживцы. За пару месяцев удалось восстановить и доброе имя, и документы на него. И тогда встал вопрос — что делать дальше? Возвращаться к прежней деятельности не хотелось, а делать что-то другое настолько же хорошо, он попросту не умел. И учиться не горел желанием. Просто жить на скопленное… нет уж, не таков Бен Ферандо! Деньги счет любят, а тратить каждый дурак сумеет!
Тогда-то старина Дэн, успевший офигеть как высоко подняться, — кхм… господин ректор Академии Элитеи Дэниэл Ли, конечно же! — и предложил ему стать преподавателем. Мол, реального боевого опыта у тебя на тяжелый рудовоз — надо делиться. И Бен, прикинув размеры социального пакета, включающего питание, форму и проживание в весьма комфортабельном кампусе, согласился. Элитея — дорогое местечко, столица республики как-никак. А тут еще и жалование очень достойное.
— По вашему приказанию… — Бен Ферандо вошел в кабинет сразу после короткого стука. — … прибыл!
Несмотря на связывающее их общее прошлое, оба они придерживались субординации. Дэн был начальником, Бен подчиненным, и отменить это мог только старший по званию. И по должности.
— Да, Бэн, входи, — ректор, больше похожий на слегка постаревшего альфонса (с учебки был таким вот неприличным красавчиком!) махнул рукой.
Почему-то одним везет сразу и во всем, а другие зубами вырывают у жизни честно заслуженное. Не имея поддержки Большого клана, более того, находясь на службе подняться до гранта — нужно иметь феноменальный талант. Который сослуживец, по правде сказать, никогда не выпячивал. И не кичился. А потом просто сдал экзамен на ранг так, что обратил на себя внимание нужных людей. Которым нужен был независимый напрямую от конкретного клана старший офицер в кресло ректора Академии. Несколько лет упорных тренировок, правильное использование сложившихся связей — и вот старый товарищ забрался на недосягаемую для тебя высоту. Правда, не забыл и не зазнался.
Экс-абордажник тут же упал в кресло, прекратив изображать из себя безупречного офицера. Раз обратился не по уставу — разговор будет неформальным.
— В чем дело, Дэн? Потрепаться захотелось? Лучше времени найти не мог? — Ферандо успел разобраться, насколько раскованно ему стоило держаться. Все ж у сильных мира сего мало возможностей для
— Значит, посидишь, — с ухмылкой ответил ректор. — Разговор у меня к тебе. Даже целая история. Только… На-ка вот, подпиши сперва.
На стол перед преподавателем лег планшет, на экране которого уже был выведен документ. Та-ак. Вечер перестал быть томным.
— Обязательство о неразглашении? — Бен вскинул брови и с вопросом посмотрел на товарища. Не спеша прикладывать палец к сканеру отпечатков. — Серьезно? Знаешь, не нужна мне эта история. Что у меня, в историях что ли недостаток? Да я сам тебе столько их рассказать могу — до утра тут просидим. И, заметь, подписку я с тебя брать не буду.
— Подпиши! — с легким нажимом произнес ректор. — Это важно!
