- Конечно. Все мы знали. Но он был слишком безумен, слишком заторможен, слишком боялся принять то, что дали ему Трансураниды. Он не остался.
- Что они дали ему, Викри?
- Жизнь, - сказал Викри. - Жизнь или смерть. И он сделал свой выбор. Он не думал, что было порядочно жить.
- Я не понимаю вас.
- Если поймете, то будете таким, как я или Баллантайн. Вы тоже должны будете сделать свой выбор. Послушайте, забирайте своих людей и корабль и улетайте отсюда как можно быстрее. Забудьте, что Роджерс, Киссел и я когда-либо существовали на Земле. Найдите другую звезду, в космосе их полно. Иначе с вами будет то же, что было с нами. Большинство из вас останутся, но некоторые захотят вернуться и... да, я могу прочесть это на ваших лицах. Это была отвратительная смерть.
Впервые подал голос Кренч. Он читал заключение Рота, поглядывая на Викри, и напряженно думал.
- Это изменение, не так ли? - сказал он. - У Баллантайна оно произошло не полностью.
- Изменение, - сказал Викри. - Да, Баллантайн улетел слишком рано. Он... это ужаснуло его. Слишком много пуританского, я полагаю, в душе. И однако, если бы он подождал...
Кренч продолжал:
- В вас оно завершилось.
Викри не ответил. Вместо этого он взглянул на Питера Кохрана и спросил:
- Вы позволите мне уйти? Вы не собираетесь забрать меня на Землю?
Питер протянул руку почти умоляющим жестом.
- Вы не можете остаться здесь навсегда, с этими дикарями. Вы землянин, Викри. Вас ждет карьера, жена, дети. Я понимаю, вы здесь под каким-то странным воздействием, но вы избавитесь от него. И эта ваша... ну, ваша болезнь заслуживает внимания медицины...
Викри прервал его криком:
- Болезнь? Нет, вы не понимаете! Я не болен, я никогда не смогу заболеть. Меня можно искалечить, меня можно убить. Но это несчастные случаи, и, избегая их, я могу жить - не вечно, но настолько близко к этому, что человеческий разум не в силах осознать разницы. - Он подошел к Питеру Кохрану, и теперь в нем чувствовался страх, отчаянный страх. - Я принадлежу теперь этому миру. Вы не можете заставить меня вернуться.
- Послушайте, - сказал Питер, с трудом пытаясь быть мягким, - когда вы пришли в себя, вы не могли вспомнить, как говорить. Теперь ваша речь так же ясна, как и моя. Так же легко к вам вернется прежний образ жизни, ваш образ жизни... И ваша жена...
Викри улыбнулся.
- Она была добра ко мне. Но я даже не уверен, любил ли ее. Однако теперь мы бесполезны друг для друга. - Тут страх снова вернулся к нему, и он закричал: - Выпустите меня!
Питер вздохнул.
- Мне кажется, вам лучше остаться здесь и немного отдохнуть. Через день-другой вы почувствуете себя иначе. Кроме тот, нам нужна ваша помощь.
- Я помогу вам, - сказал Викри. - Я расскажу вам все, что вы захотите... но вы должны отпустить меня!
Питер покачал головой.
- Вы исчезнете в лесу, снова уйдете с Трансуранидами, и мы никогда не отыщем вас.
Долгую минуту Викри оставался неподвижен, затем захохотал. И смех постепенно превратился в эти ужасные крики, звучащие на завывающей минорной ноте. Питер схватил его и затряс.
- Прекратите, - сказал он. - Перестаньте вести себя как придурок.
Понемногу Викри успокоился.
- Вы думаете, мой народ... вы думаете, и
- А разве нет?
- Нет. - Викри вырвался из хватки Питера и отвернулся, руки его сжались в кулаки, нагое тело дрожало от напряжения. - Я знаю, чего вы хотите. Вы слишком хотите трансурановых залежей. Но вы их не получите. Это невозможно. Они уже принадлежат.
- Кому?
- Трансуранидам. И я говорю вам, оставьте их в покое. Но вы же не оставите...
- Нет. Мы лучше оснащены, чем были вы. Мы можем справиться с чем угодно, если только будем знать, чего ожидать. Что такое Трансураниды? Люди? Животные? Что?
Викри поглядел на него почти с жалостью.
- Ничего из того, что вы можете вообразить, - тихо сказал он. - Ничего из того, что я могу описать или объяснить. Теперь отпустите меня. Я не могу оставаться здесь взаперти. Я покажу вам путь к месту, где находятся залежи руд. Отпустите меня.
- Вы же знаете, что я не могу этого сделать, - сказал Питер. - Для вашей же безопасности, а также для других, Роджерса и Киссела.
- Вы не понимаете, - прошептал Викри. - Вы не понимаете, что мы не можем жить среди людей. Мы не можем вернуться!
На последних словах голос его поднялся до крика, и Кренч с беспокойством сказал:
- Будь осторожен, Питер.
Комин проговорил:
- Мне кажется, Викри говорит правду. - Он осторожно сделал шаг вперед и остановился между Питером Кохраном и дверью. - И мне кажется, вы напрасно его уговариваете. Не думаю, что вы заботитесь о безопасности его, Роджерса или Киссела. Вам нужны рудные залежи, и вы боитесь вернуть ему свободу, чтобы он повел нас туда, потому что он может исчезнуть. Значит, вы собираетесь...
Позади него распахнулась дверь, так внезапно, что он не успел отступить, и ударила его по спине. Симон Кохран был снаружи корабля, командуя охраной, и теперь возник на пороге с винтовкой в руках. Его лицо было взволнованным и напряженным.
