— Да. — Мак-Кой бросил пленку через стол Споку. — Пожалуйста, можете радоваться.
В полном молчании вулканит вставил патрон в щель компьютера.
Устройство загудело, щелкнуло и заговорило:
— Физический возраст обследуемого, согласно физиологическому профилю, шестьдесят три солнечных года.
Последовало молчание. Затем Кирк сказал:
— Мне тридцать четыре года.
— Компьютер с вами не согласен, — сказал Стокер.
— Доктор Мак-Кой, дайте профессиональную оценку теперешнего физического состояния капитана Кирка.
Мак-Кой отвел глаза от Спока.
— Он поражен странной формой радиационной болезни, как и вы, я или мистер Скотти.
— Будьте добры, ограничьте свои замечания только капитаном Кирком, доктор. Какое воздействие на него оказало заболевание?
— Он… он немного поседел. Легкий артрит.
— Это все?
— Вы прекрасно знаете, что нет. Спок, чего вы добиваетесь?
— Я выполняю свой долг. Разве капитан не страдает от странного физического недуга, который сильно напоминает старение?
— Да, конечно. Но он лучше, чем…
— Доктор, вы согласны с оценкой возраста капитана, данный компьютером?
— Это всего лишь машина.
— Вы согласны с ней, доктор?
— Я согласен. Простите, Джим.
— У совета больше нет вопросов. Если только вы, командор Стокер…
— Я полностью удовлетворен, мистер Спок.
— Вы хотите вызвать свидетелей, капитан Кирк?
— Я в состоянии сам выступить в свою защиту.
Кирк попытался подняться. Его колено подвернулось, и он схватился за стол, чтобы не упасть.
— Это слушание проводилось с одной единственной целью. Поскольку я отказался покинуть Гамму Гидры Два.
— Гамму Гидры Четыре, сэр, — поправил Спок.
— Конечно. Это оговорка. О чем я говорил? — Он внезапно сжал кулак и стукнул им по столу. — Я немного не в себе! А почему бы и нет в такое время? Мой корабль в опасности, мои старшие офицеры больны, и эта чушь о слушании по поводу компетенции! Достаточно, чтобы любой человек запутался! Пытаются освободить капитана Звездного флота от командования. Почему-то я бы никогда о вас этого не подумал, Спок!
Он с гневом осмотрелся вокруг.
— Ладно, задавайте мне вопросы! Ну же! Я покажу вам, что способен, с моей памятью все в порядке. А также и с моей решительностью. Я повторяю, мы сохраним орбиту вокруг Гаммы Гидры Два!
Вторую ошибку памяти слышали все.
Спок, похолодев, тем не менее спокойно проговорил в тишине.
— У вас больше нет вопросов, капитан? — он пытался не дрожать. — Вы не выйдете из комнаты, сэр, пока идет голосование.
— Отлично! Можете быть уверены, что я выйду. Проводите свое дурацкое голосование, чтобы я снрва мог вернуться к управлению кораблем!
Он прохромал к двери и повернулся:
— Если я вам понадоблюсь, я буду в своей каюте.
Когда дверь за ним закрылась, Спок сказал:
— Достаточно проголосовать простым поднятием рук. Доктор Уэллейс исключается из голосования. Те, кто согласен с тем, что капитан Кирк не способен более руководить “Энтерпрайзом”, поднимите руки.
Все, кроме Спока, медленно подняли руки.
— Мистер Спок. — Это был голос командора Стокера.
Спок поднял руку.
Записывающий компьютер резюмировал:
— Решение принято единогласно.
Стокер сказал:
— Я думаю, мистер Спок, что вы теперь примете командование этим кораблем.
— Вы ошибаетесь, сэр.
— Объяснитесь.
— По тем же законам, по которым это слушание применимо к капитану: мои собственные физические недостатки не дают мне возможность занять командирскую должность.
— Хорошо. Следующий по званию — мистер Скотти.
Все глаза устремились на Скотти. Он уставился на ожидающие лица, кивнул и уснул.
— Так как все старшие офицеры неспособны, я вынужден по правилам принять командование на себя. — Стокер поднимался из-за стола, когда Спок сказал:
— Сэр, вы никогда не командовали космическим кораблем.
— Кого бы вы хотели видеть на этом месте, мистер Спок?
— Существует опасность со стороны ромулан, — сказал Спок.
— Мистер Спок, мы должны спасти этих людей! — он повернулся к Зулу. — Мистер Зулу, проложите прямой курс к Звездной Базе Десять.
Пятая варп.
— Через нейтральную зону, сэр?
Стокер кивнул.
— Немедленно измените курс.
— Командор Стокер, я умоляю вас не недооценивать опасность, — жестко проговорил Спок.
— Нейтральная зона в лучшем случае слабо патрулируется. Я готов поспорить, что ромулане не заметят этого нарушения.
— Наши шансы, если вы не позволите этого, сэр… — начал Спок.
— Не позволю! — Стокер шагнул к двери. — Все офицеры должны вернуться к своим обязанностям.
Кирк был один в своей каюте, усталый, поверженный, выглядевший уже лет на семьдесят. Когда раздался стук в дверь, он с трудом заставил себя ответить на него:
— Входите.
Вошел Спок в сопровождении Дженит, которая остановилась возле двери. Кирк с надеждой посмотрел на Спока, но лицо первого офицера на этот раз выражало все.
— Итак, я отстранен.
— Простите, капитан.
— Вам бы прокурором работать.
— Инструкции требовали этого от меня…
— Инструкции! — сказал Кирк. — Не говорите мне об инструкциях, Спок! Вы все время хотели командовать! Первый же удобный случай.
— Я не принял командования, капитан.
