Родной мир отверг Даниила Кромвеля в двенадцать лет, оставив только надежду и веру. Надежду на будущее и веру в умерших родителей. Судьба благоволит тем, кто верит и не теряет надежды, – и Данька выжил. И не просто выжил, а вырвался с постылой планеты. И стал звездным разведчиком. Он оплатил этот путь страхом и болью, потом и кровью, и наградой ему стали тайны Вселенной. Звездолеты и странные миры, люди-враги и нелюди-друзья, ужасные имперские десантники и злобные бандиты как в калейдоскопе закружились перед его взором, затянули, как водоворот. Но разве не так становятся мужчиной? Разве можно выйти за рамки обыденности, гуляя в соседнем парке?
Дымчатая короткохвостая ящерица пробежала по высокому бархану, оставляя за собой тонкую ниточку следов, и испуганно зарылась в горячий песок. Мертвую тишину, в которой можно было расслышать даже шелест осыпающихся песчинок, нарушил приближающийся рокот ракетных выхлопов. Прозрачное марево, поднимающееся с земли, закачалось.
Казалось, что вздрогнуло даже раскаленное добела солнце, застывшее на выцветшем голубом небе, даже редкие клочья белых облаков и те пугливо повернули в сторону.
Уродливые тени пронеслись с огромной скоростью над взрывающимися пылью песчаными холмами. Два звездных разведчика в боевых космических скафандрах, управляя ранцевыми двигателями, направлялись к самому центру пустыни.
– Как тут тихо и спокойно, – мечтательно проговорил один из них в микрофон. – У меня даже появилось желание построить здесь небольшой домик, чтобы дожить остаток своих дней. Жаль только, что в этих местах даже раскаленный воздух опасен для дыхания, гулять вечерами не получится. Я уже взмок, хоть кондиционер работает на полную мощность.
– Вечерами здесь как раз прохладно, а ночью даже холодно, – ответил второй разведчик, щелкая кнопками на клавиатуре, закрепленной на скафандре у левого локтя. – А насчет покоя... Кажется, начинают просыпаться, если засмотришься на местные красоты, старости у тебя, Пирс, уже не будет.
– Ничего же нет: ни дорог, ни домов, ни посадочных площадок, ни одного человеческого следа на песке. Ты мог ошибиться...
– Но не в этот раз. Мои датчики уже начинают регистрировать какую-то активность. Кажется, начинается... Вводи мою программу и включай автопилот.
В паре километров от них вверх взметнулся столбом песок, из него вынырнули башенки автоматических пушек. Одновременно в динамиках скафандров прозвучал суровый мужской голос:
– Люди в космических скафандрах, вы находитесь на запретной территории, немедленно покиньте ее или будете уничтожены.
– Удивляюсь тебе, Траст. Как тебе удается добираться до сверхсекретной информации?
– Переходим на другой канал, не хватало еще, чтобы все услышали такие интимные подробности моей жизни.
– Сделано.
– А я оставлю себе оба, вдруг что-то интересное скажут. Так вот, за мной гонялась еще со школы вся полиция Земли, они тоже недоумевали. Программу ввел? Сейчас посмотришь, как она работает, два дня над ней сидел...
– Ввести-то ввел, да только не уверен в твоих хитростях. Может, лучше как в старые времена, вручную?
– Не успеешь среагировать, пушки стали более скоростными, а будут еще и ракеты. Язык не прикуси, маневры будут немного резковаты.
В воздухе стали разрываться снаряды, автоматические пушки начали обстрел. Скафандры, подчиняясь программе, взмыли к блеклому небу, потом резко опустились вниз, так что песок заклубился от завихрения. Пирс выругался.
– Черт! Все-таки прикусил, правда, не язык, а губу.
– Я тебя предупреждал, а это только начало, чем ближе к цели, тем круче будут пике. А вот и ракеты...
Скафандры снова поднялись резко вверх, отклоняясь в сторону от стайки самонаводящихся ракет, и понеслись к вращающимся башням, изрывающим огонь. Снаряды рвались рядом, казалось, что еще мгновение, и их разнесет на куски. Но Траст, похоже, учел все, скафандры сделали еще один замысловатый пируэт и опустились в мертвой зоне.
– Ну что, продолжим или ты все еще сомневаешься в моей компетентности?
– Продолжим. – Пирс вырвал провода из управляющей консоли пушки и, подсоединив к своему компьютеру, начал вводить какую-то программу со своего компьютера. – Были пушки ваши, стали наши и стрелять будут только туда, куда мы разрешим.
Траст подключился к другой консоли, его задача была сложнее – он открывал ворота в ад. Песок поднялся и двинулся в сторону вместе с огромным люком. Пирс заглянул в глубокую шахту и восторженно присвистнул.
– Да тут целый город можно разместить. Будет где поразвлечься. Лазеры отключил? А другие ловушки?
– Что смог – убрал. А то, что находится внизу, мне отсюда недоступно...
– Выходит, если ты что-то не заметил, то отправимся на тот свет? – Пирс шагнул в шахту, отозвавшуюся урчащим эхом. – То есть все как всегда: на друга надейся, а сам не зевай...
Траст прыгнул за ним, не сводя взгляда с экрана компьютера. Оба затормозили у самого дна, поднимая густую пыль, и отключили двигатели. Здесь было намного прохладнее. В длинных пустых туннелях, расходящихся веером от центральной шахты, горели редкие лампы. Стояла густая тишина, нарушаемая сейчас шелестом песка, осыпающимся сверху.
– И куда сейчас? – спросил Пирс, рассыпая себе под ноги горсть небольших белых шариков. Траст защелкал кнопками.
– Прямо перед тобой блок «А», в нем находится охрана, за моей спиной блок «С», вероятнее всего наш друг там. Больше ничего не удалось узнать: ни сколько человек внутри, ни какие неприятности подготовлены для непрошеных гостей. Но как только влезу в систему, все станет ясно. На полу других ловушек нет, можем идти...
