Чувственная. Горячая. Самостоятельная. Смелая. Отчаянная. Вот она какая – Билли Рей. А еще у нее правило – никаких сильных чувств, никаких обязательств, никаких романов. Ей трудно решиться полюбить – возможно потому, что она привыкла быть одна.Но неужели во всем Майами не найдется мужчина, который сумеет доказать Билли, что на самом деле она способна на длительные отношения? Который избавит ее от застарелых комплексов и поможет понять, что человек рожден не для одиночества, а для любви…
Никаких свиданий вслепую. Никаких поцелуев на первом свидании. Вообще никаких поцелуев, если неясно, любовь ли это. И никакой любви. Потому что любовь – это предрассудки. Скорее всего, ее просто придумали те, кому необходимо продать подороже все эти омерзительные сердечки из розового бархата, идиотские хрустальные туфельки с обручальными кольцами внутри, белые платья, в которых любая девушка напоминает беременный абажур, и прочую ерунду.
Билли Рей знает, что говорит. Ибо Билли Рей всю жизнь живет в том самом районе Майами, где расположены бесчисленные свадебные салоны и где любой адвокат – а адвокатов здесь море – оформит вам брак хоть с инопланетянином всего за пять минут и сто баков.
Билли Рей невыносимо страдает – но никуда не может переехать. Во-первых, именно здесь находится кафе, которому посвящена вся жизнь Билли…
Нет, «во-первых» все-таки другое, более важное.
Билли Рей – девушка.
Ей двадцать один год, она жгучая брюнетка с горящими черными очами и фигуркой античной богини – в том смысле, что у нее хорошо развиты бицепсы, трицепсы, дельты и икроножные мышцы. Она довольно высока ростом, и именно поэтому в ее жизни не так уж много поклонников… хотя, нет, не поэтому. Скорее всего, потому, что для большинства окружающих ее мужчин Билли Рей является не просто хорошенькой девушкой с идеально ровным загаром, но инструктором по пилатесу, водной аэробике и прочей дребедени, при помощи которой в наше время принято выколачивать из себя калории.
Другими словами, Билли Рей для большинства мужчин – тиран и деспот. Какая уж тут любовь! Тем более – флирт.
Если же прибавить сюда то обстоятельство, что Билли Рей в силу своей профессии целыми днями пялится на почти голых мужиков, то легко догадаться, что их чувства практически взаимны. Так уж вышло. Разве ж это мужики?
Да, так вот. Билли Рей, очаровательная и резкая на язык брюнетка двадцати одного года, живет на самом берегу океана в городе, славном своими пляжами, отличной кухней, ураганами и полицией нравов. Билли Рей осталась круглой сиротой десять лет назад, но зато у нее есть дядя Фред, а также старшая кузина Джина, не то троюродная, не то пятиюродная, очень серьезная и деловая женщина, которая вбила себе в голову, что должна за Билли Рей приглядывать, чем и занимается в свободное от работы время. Работает она в том же кафе, что и Билли, поэтому свободного времени у нее, к сожалению, хоть отбавляй.
Что еще? Ах да! Живет Билли Рей здесь же, на пляже, в небольшом коттедже на сваях, он совсем новенький, потому что два года назад его в очередной раз смыло в океан очередным же ураганом, и муниципалитет отстроил его заново. В двенадцатый раз.
А метрах в пятидесяти от коттеджа стоит очаровательная хижина в гавайском стиле, где Билли Рей после трудового дня в качестве инструктора по вышеупомянутым видам водного спорта предается своей второй страсти: составляет умопомрачительные коктейли и готовит «сумасшедшие сэндвичи» – фирменное блюдо этого маленького прибрежного кафе. Хозяин кафе, смуглый и улыбчивый Хесус, очень дорожит талантами Билли Рей, но и он испытывает к ней нечто вроде опасливого почтения, которое никак не спутаешь с любовью. Или с флиртом.
На бархатном черном небе зажглись самые натуральные бриллианты звезд, не перепутаешь. Билли Рей вышла на широкое заднее крыльцо, выходившее прямо на океан, и блаженно потянулась. Вот ведь ужас! И не захочешь – а начнешь выражаться штампами. Бриллианты звезд… бархат неба… шелк волн…
Все дело в том, что так и обстоит на самом деле. Волны океана ласкают тело именно как нежнейший шелк, и звезды в ночном небе сверкают нестерпимым бриллиантовым блеском. И уехать отсюда – все равно что добровольно отказаться от рая.
Билли Рей задумчиво смотрела на сверкающую лунную дорожку и думала о том, что это прекрасно – не иметь никаких особенных планов на вечер. Именно это и есть свобода. Хочешь – бери свой серф и отправляйся в дальнюю лагуну, где можно купаться нагишом. Хочешь – садись в свою отремонтированную моторку и мчись по лунной дорожке. Хочешь – оседлай свою «Ямаху» и дуй по трассе, пока бензин не кончится…
Это и называется – независимость.
И плевать, что чаще всего она приходит рука об руку с одиночеством.
В конце концов, это ведь ее собственный выбор?
Рядом возникла невысокая плотненькая тень, в ночном воздухе повеяло «Шанелью». Билли Рей усмехнулась и подвинулась, освобождая место у перил своей кузине и лучшей подруге, Джине Селлерс. Рыжеволосой и синеглазой, пухленькой, улыбчивой – и пережившей за свои двадцать пять столько, сколько иному не пережить и за пятьдесят лет.
– Хесус предполагает, что твои сэндвичи заколдованы.
– Скажи ему, что римско-католическая церковь не одобряет подобные суеверия.
– Нет, правда, что ты с ними вытворяешь? И почему тебе никогда не удаются «черные нахальные креветки с латуком»? И уж совсем глупо с шоколадными печеньями…
– А то ты не знаешь…
