— Принцесса Чиана, миледи, она только что прибыла, и…
— Принцесса? Кто велел вам называть ее принцессой? — взорвалась Киле. — Впрочем, не имеет значения, я сама знаю, кто. Черт побери ее наглость! В моем доме она леди Чиана, и любой присвоивший ей более громкий титул будет наказан! Где она?
— С их светлостью, миледи, в третьей комнате. Киле вошла в главный зал и снова рассвирепела, увидев на полу разбросанный багаж Чианы. Она приказала отнести его в приготовленные для единокровной сестры комнаты, успокоив себя тем, что очень скоро отомстит маленькой стерве. С этого момента она вся будет мед и шелк. Киле сделала соответствующую мину и улыбнулась при мысли о том, как сладка будет месть и какое неслыханное унижение ждет Чиану на Риаллу.
Третья комната была приготовлена для гостей. Она была самой большой и обставленной лучшей мебелью. Разница уровней, которая была сутью этого жилища, требовала множества лестниц, ведущих в спальни. Эти лестницы были удобны тем, что перед появлением в комнате у Киле всегда была возможность задержаться на ступеньках, не привлекая к себе внимания. Но сегодня ее не заботил ритуал захода в комнату, где Чиана и Лиелл сидели за столом, на котором дымились чашки с напитком.
Лиелл поднялся, Чиана нет. Киле скрыла раздражение от того, что сестра не оказывает ей знаков уважения. Приятно улыбнувшись и налив себе что-то из питья, она опустилась в кресло.
— Какой неожиданный визит, моя дорогая! Однако добро пожаловать. Как прошло путешествие?
Некоторое время обе женщины обменивались ничего не значащими фразами. Вдруг Киле почувствовала приступ веселья, представив себе реакцию Чианы на Масуля. Она сможет наблюдать за ними обоими в течение всего длинного грядущего лета — разве может быть что-нибудь смешнее?
Уж Чиана точно была дочерью Ролстры и Палилы. Она унаследовала лучшие черты обоих — красавица неполных двадцати одного года, в которой были воплощены все мечты юности. Фисташкового цвета глаза дополнялись пышными ярко-рыжими волосами, завивавшимися соблазнительно длинными локонами. Она была не такой высокой, как родители, но очень пропорционально сложенной, а все ее прелести сейчас оттеняли тугой корсаж и приталенное платье. Киле заметила, что Лиелл не может оторвать взгляда от ее пышных форм. Женская интуиция подсказала ей разобраться с мужем сегодня же вечером. Не хватало еще, чтобы он вздумал ночью залезть в постель Чианы…
Она очнулась: разговор шел о сестрах.
— Найдра толста и самодовольна, — говорила Чиана с презрением. — Она даже не смогла принести Нарату сына. О других я ничего не слышала уже много лет. А вы с Лиеллом что-нибудь о них знаете?
Киле машинально пробежалась по списку.
— Пандсала сидит в замке Крэг; как всегда, мудра и щедра. Мория торчит в голубятне, подаренной ей Роханом, любуется на то, как падают еловые шишки, или хлопочет по хозяйству. Не понимаю, как она умудряется круглый год выносить горы Вереш. Мосвен навещает Клуту: думаю, надеется окрутить Халиана.
— Этот высокий, худой как щепка, который вечно торчит с любовницей и дочерьми? Зачем он ей нужен? — захихикала Чиана.
— Конечно, из-за того, что он наследный принц, — ответил Лиелл. — Я не встречал ни одной из дочерей Ролстры, у которой не было бы чудовищного честолюбия, — сказал он и горделиво посмотрел на жену.
— Практичности, мой дорогой, — поправила она. — И желания выжить.
Взгляд Киле был полон любви, но внутри она проклинала мужа за неуместный намек. Однако если Лиелл и в самом деле пленен ее честолюбием, то тем легче будет заставить его правильно действовать в деле с Масулем.
— О чем это я? Ах, да… Говорят, что смерть Рабии оставила Патвина безутешным. Это верно, но я думаю, что в нынешнем году он найдет себе какую-нибудь симпатичную девушку и женится снова. Да, Данлади сейчас при сирском дворе вместе с принцессой Геммой. Вот и весь список, Чиана, за исключением меня и тебя. — Она улыбнулась своей самой обворожительной улыбкой. — Я так рада, что ты приехала помочь мне в этом году с Риаллой. Клута очень требователен, а я уже истощила свой запас идей.
— Киле, я рада оказать тебе хоть какую-нибудь услугу. Мне это будет очень приятно. Да, ты слышала о типе, который заявляет, что он наш брат?
Киле была не готова к этому вопросу, и ей оставалось надеяться лишь на то, что эта неожиданная растерянность будет принята за неспособность выразить негодование такой наглостью. Лиелл помог заполнить паузу, и Киле поблагодарила Богиню за существование мужа. Такое случалось лишь пару раз за всю их совместную жизнь.
— Конечно, это неприятно, — сказал он, — но никого из нас по-настоящему не волнует.
— Говорят, он появится на Риалле, чтобы потребовать Марку. Это может случиться, Лиелл?
— Не утруждай свою очаровательную головку подобными мыслями.
Но Чиана будет «утруждать головку», и Киле знала об этом. Она улыбалась.