За последние полстолетия Галапорт оставался символом деловой активности на этой планете. Однако та картина, которая предстала перед взором Бовоса, не внушала особого оптимизма. Большинство зданий порта давно превратились в развалины, а те немногие, что еще функционировали, явно требовали срочного ремонта. Бывшая столица галактической вольницы, похоже, переживала не лучшие времена. После того как Волчьи Драгуны установили полный контроль над Аутричем, а правительства Внутренней Сферы в значительной степени утратили прежний интерес к вербовке наемников, Галатея потеряла свое прежнее стратегическое значение. Сейчас здесь появлялись лишь торговцы, специализирующиеся на снабжении уже не столь многочисленных вольных отрядов, либо бедолаги, желающие примкнуть к наемникам, но не знающие, как осуществить свое желание. Предложения заметно превышали спрос. Постепенно Галатея, бывшая некогда раем для наемников, превратилась в отстойник, где собирались мужчины и женщины, не хотевшие или не умеющие жить по цивилизованным нормам.
Следом за двумя другими пассажирами Бовос прошел в центральное здание порта, полный самых мрачных предчувствий. Впрочем, за свою безопасность он не особенно опасался. Нож и табельный лазерный пистолет гарантировали ему надежную защиту от любых случайностей. Миновав заброшенный пост охраны, он презрительно усмехнулся. Ну и дыра. Будь у него с собой портативная ядерная ракета, пронести ее в город не составило бы ровным счетом никакого труда. Впрочем, это обстоятельство не только обнадежило, но и насторожило его. Судя по всему, люди, с которыми он собирался встретиться, могли составить для него серьезную проблему.
Состояние улиц городка было ничуть не лучше здания терминала. Правда, надо отдать должное, в барах, мелких магазинчиках, торгующих всякой всячиной, и борделях на любой вкус недостатка не ощущалось.
Немногочисленные пешеходы, оказавшиеся на его пути, особого доверия тоже не вызывали. Не надо даже было обладать особым опытом, чтобы безошибочно определить, к какому социальному слою они принадлежали. Кое-какие знаки различия, чудом сохранившиеся на их чудовищно грязных лохмотьях, принадлежали подразделениям, о существовании которых не вспомнил бы, наверное, бывалый профессионал. Когда Бовос проходил мимо одной из таких групп, какой-то мужчина отделился от своих приятелей и встал на его пути. Он не брился по меньшей мере неделю, а, судя по исходящему от чего запаху, не мылся и того больше.
– Могу я чем-нибудь помочь тебе, незнакомец? – спросил он пропитым голосом, откровенно напрашиваясь на драку.
Бовос остановился, приготовившись к самому худшему.
– Ты новичок в здешних местах, не так ли? – не отвязывался небритый.
– Ты прав, приятель. Есть еще вопросы?
– Я парень, который тебе нужен. Меня зовут Черный Джек Бартон. Лучший знаток боевых роботов в радиусе ста световых лет.
Он протянул Бовосу грязную ладонь, которую тому волей-неволей пришлось пожать.
– Я не ожидал, что меня будут здесь встречать, – усмехнулся он, не желая без нужды накалять обстановку.
– Да хватит тебе темнить, – насупился Бартон, – ты же забрался сюда в поисках смелых ребят. Разве я не угадал?
– Ошибаешься, приятель. Я, как и ты, сам ищу работу.
Выражение надежды на лице Бартона мгновенно исчезло. Теперь на нем читались только презрение и скука.
– Что не, в таком случае удачи тебе, приятель. Держу пари, что она тебе скоро понадобится.
Несколько секунд Бовос продолжал наблюдать за ним, опасаясь получить удар ножом в спину. Затем медленно повернулся и направился к зданию, расположенному, как ему было известно, дальше по улице. Похоже, он все-таки просчитался, отправившись в это захолустье.
Впервые за многие годы он почувствовал себя по-настоящему одиноким.
Герман Бовос присел за свободный столик и осмотрелся вокруг. Внешний облик завсегдатаев «Ленивого кавалериста» оставлял желать лучшего, но, по крайней мере, никто из них не проявлял особого интереса к его персоне. Женщина, с которой ему предстояло встретиться, настаивала на месте, где бы ее не могли узнать, и Бовос рассудил, что «Ленивый кавалерист» вполне подходил для этой цели.
Официантка средних лет подошла к его столику, лениво жуя на ходу жевательную резинку. Ее обнаженные до плеч руки были испещрены наколками с именами ее бывших любовников. Судя по их количеству, ее прошлая жизнь была весьма насыщенной.
«Меланхоличное зрелище, – подумал Бовос, – наверняка большинства этих парней давно уже нет в живых, и эти наколки остались единственными эпитафиями в их память».
– Чего тебе, молодец? – спросила женщина, принимая кокетливую позу, мало подходящую ее возрасту, но зато позволяющую досыта налюбоваться ее внушительными прелестями.
– «Северный ветер», – произнес он название своего любимого напитка.
– Гуляешь, – фыркнула она, возвращаясь меньше чем через минуту и ставя на стол стакан подозрительного вида жидкости, – дело хозяйское. Гони монету.
