─ Прости. ─ наконец отпускает. ─ Не смею задерживать.
Без слов обхожу его и чуть ли не бегом мчу к дороге. Странный тип. И явно не местный, раз не знает в какой группе учится Вадим. Но не мое дело, захочет ─ найдет.
Молнией залетаю на нужный этаж и зажимаю дверной звонок.
─ Ее нет на работе! ─ с отдышкой сообщаю маме, как только открывает дверь.
─ Уже дома. Заходи. ─ взгляд печальнее голоса. ─ В комнате с сыном.
─ Где была? Что говорит? ─ скидываю обувь.
Тяжелый вздох. В глазах мамы слезы.
─ Лиза, отец Костика вернулся. Алиса пыталась поговорить с ним и сейчас… В общем, я вызвала психолога, он скоро будет. Прошу, поговори с ней, мне не удалось успокоить.
Крупная слеза скатывается к подбородку.
Произошло то, чего так сильно боялась. И я совершенно не знаю, что в этот раз сказать сестре. Но точно знаю, что всем сердцем ненавижу Теодора и желаю ему всего самого паршивого. И наконец понимаю к чему был поцелуй. Этот ублюдок пытался показать, что может все, и берет все.
Только я не Алиса. Я ему не по зубам.
Сестра сидит у кроватки сына с опущенной головой. Я хоть и вошла тихо, но заметно. Только она даже не шелохнулась. Беру в углу стул и переставляю ближе. Костя крепко спит и выглядит как настоящий ангелочек.
─ Он не похож на него. ─ слышу от сестры, как только сажусь. ─ К сожалению, не похож. ─ шмыгает носом и поднимает голову.
Макияж поплыл. Как и передние пряди волос. Глаза красные от слез. Голос тихий и болезненный.
─ Зато он на тебя похож! И это главное. Костя твой сын. Вот, что главное. И ни один левый мужик не стоит того, чтобы убиваться по нему.
─ Ты просто не любила… ─ делает глубокий вдох. ─ Знаешь, я подошла к нему сегодня, а он даже не узнал. Спросил, кто я такая. А я так растерялась, что ничего нормального не смогла из себя выдавить. А он только хмыкнул и прыгнул в эту чертову золотистую тачку, водитель которой еще и посмеялся с меня. Крикнул что-то про очередную фанатичную дуру.
Золотистую. Она точно говорит про машину Соколова. И оскорбления в его стиле.
─ И ведь он совсем не изменился за эти годы. Все такой же красивый. Одного его взгляда хватило, чтобы мое сердце ожило. А что в итоге… Он даже не узнал… ─ всхлипывает и протирает глаза ладонью. ─ И я реально дура. Просто очередная дура, которая попала в его постель. Вот только эта дура еще умудрилась и залететь. И мне ведь не нужны его деньги, я просто хочу… ─ давится, скатывающимися слезами. ─ Хочу отца для Кости. Он ведь не виноват.
Ей больно, понимаю. Но меня распирает злость. Хочется схватить за плечи и тряхнуть. Я ни черта не смыслю в психологии, но знаю, что нужно любить себя и не унижаться перед всякими уродами. Тем более Косте такой папаша не нужен. Что он ему сможет дать? Чему научить?
Психолог появилась очень вовремя, пусть Алиса и не обрадовалась. Пока они закрылись в комнате и говорили, мы с мамой засели на кухне. В тишине. Мы уже поделились мыслями два года назад и добавить сейчас нечего. Мы просто ненавидим одного человека. Вот только я теперь буду видеть его чуть ли не каждый день.
И могу ли отомстить? Могу ли сделать Теодору также больно, как он сделал Алисе?
Ответ прост ─ нет.
Слишком жирная жар-птица. Я букашка, которую раздавят быстрее, чем придумаю план мести. И мне же будет лучше, если буду избегать его и держаться подальше. Хоть и не дам себя в обиду, но должна думать не только о сестре, но и о себе. Никому не будет лучше, если обрету себе врагов в лице всей элиты.
Касаюсь губ.
Но поцелуй ведь не был просто так. Он что-то задумал. Что-то в стиле этих избалованных засранцев.
Беседа, успокоительное и сестренка засыпает. Психолог просит уменьшить раздражители и пока рекомендовал посидеть Алисе дома. А нам лучше присматривать. Предложила маме перебраться обратно, чтобы помогать, но отказалась. Сказала, что все равно хотела взять отпуск, а мне нужно учиться. Но я попросила звонить в любой момент.
Возвращаюсь в общагу в подавленном состоянии и ближе к полуночи. Таня сопит на всю комнату, а кровать Насти заправлена. И судя по разбросанной на столе косметике, соседка спешила.
Сажусь на подоконник, включаю в наушниках музыку. Спать совершенно не хочется. У меня нет вредной привычки, но рука сама тянется к оставленным сигаретам Насти. Достаю одну, но одергиваю себя и не решаюсь закурить. Со злости сжимаю в кулаке.
Он даже не узнал.
Он. Он. Он.
Вот какого черта он вернулся?
Резко открываю глаза, почувствовав в руке вибрацию телефона. На экране номер Насти. За три шага оказываюсь в коридоре, чтобы не потревожить сон Тани.
─ Слушаю.
─ Лиз… ─ как-то болезненно тянет мое имя. ─ Я кажется лишнего выпила и мне так хреново… А Анька бросила меня. Заберешь, а? Сама не доползу. ─ что-то громко падает. ─ Боже, мутит!
Морщусь, когда вместо голоса слышу, как пища выходит обратно.
─ Прости… Мне очень плохо…
Никогда прежде не слышала такого голоса у нее.
─ Адрес?
─ Адрес… Не помню. Клуб «Бархат». Приедешь?
─ Да. Скоро буду!
