Дела, вспомнив про разведку бригады, Грант вдруг осознал, что от них до сих пор нет данных о том, кто же с ними воюет на этой планете. Вот оно как! Обычно, аналитики дают полную раскладку, кто такие, откуда взялись, где засветились, в каких делах, сильные и слабые стороны противника, вплоть до личных характеристик командиров, читать, не перечитать. А в этот раз — ничего, словно противник явился на свет на прошлой неделе после обеда.
Подтянулись машины разведки и раскинули маскировочные антенны, а саперные кибер-танки начали вгонять в скалистый грунт башни с плазменными турелями. Порывы ветра играли пыльными фонтанами, которые монтажные манипуляторы выгрызали из скального грунта. Ветром пыль прибивало к поверхности, где она еще долго струилась и облизывала валуны, во множестве разбросанные по плато.
Грант, ещё раз придирчиво осмотрев местность, отправил бойцов минировать фланги. Если на них насядет хорошо подготовленный противник, толку от мин может не быть вовсе, но это уж как повезёт. А вот при отражении спонтанной атаки с ходу, толк очень даже будет, особенно если неприятель направит них тяжёлую технику не в лоб, а с флангов. Гилберт обустраивался без спешки, основательно. Оно и понятно. Если рота выдержит первый натиск, то и люди будут целы, да и начальство поверит, что здесь — надёжный опорный пункт. И значит, роту будут держать тут, может даже подкрепление пришлют. Нет, это, конечно, вряд ли… Но и снимать с позиций, чтобы заткнуть, не приведи Космос, где-нибудь прорыв — тоже не станут. А значит, шансов уцелеть гораздо больше. Диверсий же, рейдов по тылам противника, всего, что входило в прямые обязанности Гранта, на этой планете выполнять еще не приходилось. Значит, напряжение предельное, еле-еле успеваем отбиваться, обмозговать даже несложную операцию, больше чем на два хода вперед нет сил и возможностей.
Гилберт крутил на терминале картинку плоскогорья, тщательно осматривая каждый новый маркер. Мелочей тут не бывает. Немного поразмыслив, отправил троих бойцов метров на триста назад, чтобы смонтировали там пару дистанционных наблюдательных комплектов, направив их в свой тыл. Вряд ли оттуда кто-то сунется, но сейчас Грант предпочитал проявить осторожность, пусть даже излишнюю. Шаг за шагом, оборона оживала, наконец-то терминал показал, что кластер боевого управления взял под контроль все единицы техники и наладил с ними двусторонний обмен данными.
— Серж, — обратился Гилберт к заместителю, — проверь энергетику башен, чтобы заряжены были под завязку. И раздайте бойцам все боеприпасы, все запасные энергоячейки, всё, что есть в наличии.
Заместитель, Серж Корсаков, удивленно вскинул брови.
— Это еще зачем? Замучаемся потом назад отбирать! — проворчал он в ответ.
— Раздавай, не жадничай, нынче на щедрого хозяина работаем! — весело проговорил Гилберт.
Пыльное облако на горизонте росло, это было видно даже невооруженным глазом. Оттуда, из-за линии горизонта донёсся натужный, раскатистый звук, словно, кто-то отпустил туго натянутую струну гигантского контрабаса. Звук повторился, потом еще и еще, пока раскаты не слились в сплошную канонаду.
«Понеслось, — подумал Грант. — Артподготовка с закрытых позиций. Километров с восьми, наверное, лупят». Плоскогорье встало на дыбы. Если бы не каменистый грунт и силовая защита дред-танков, с ротой можно было бы попрощаться после первого же залпа. От горизонта, через всю долину к ним потянулись пыльные шлейфы. Это неслись вперед кибер-танки в сопровождении мотопехоты. Дистанция до передовых позиций стремительно сокращалась. Наконец ожили плазменные турели. Синеватые плевки плазмы плотным облаком устремились навстречу атакующим. Позицию заволокло белыми облаками выхлопов. Над плато прокатилась почти не слышимая в грохоте серия хлопков: кто-то из бойцов вел огонь из противотанкового орудия. Вслед за плазмой к противнику устремились юркие ракеты. Танковая линия сломалась, часть машин свернула в стороны, к флангам. Машины пехоты маневрировали, в поисках укрытия за танковой бронёй. От их легкого защитного поля казалось, что очертания бронированных машин плывут в трепещущем мареве. Если к этому добавить, что «хамелеоны» непрерывно меняли раскраску машин, делая их частью пейзажа, казалось, что по долине ходят волны. Танки, огибая одинокие валуны, подошли вплотную к минным полям. Грант, ухмыльнулся, даже зажмурил глаза от удовольствия. Сейчас!
