Ивлев пытался быть хоть чем-то полезен, притащил из шлюпки медицинскую аппаратуру, сунулся было помогать с перевязкой. Ханссен сунула ему в руки заряженный инъекционный пистолет и, не отрываясь от повязки, наказала боцману впрыснуть раненому нужные лекарства.
Закончив, она сорвала замки с массивного медицинского прибора, который приволок Ивлев, принялась доставать из него датчики, провода, тонкие трубки и крепить их на грудную клетку Лисина. Неожиданно аппарат строгим женским голосом принялся диктовать результаты своей работы: температуру тела, артериальное давление, еще какие-то малопонятные медицинские термины с цифрами. Анна, почти не глядя, прикасалась к управлению аппаратом, потом бросила взгляд на часы.
— Кирилл, мне нужно десять минут ровно, потом грузим раненого в шлюпку и сразу же улетаем. Тащи сюда санитарную переноску, она в шлюпке. Подожди, Кирилл, — добавила Анна поднявшись и увлекая Ивлева в сторону.
Там Ханссен шепотом произнесла несколько коротких фраз, предназначенных исключительно для ушей боцмана. Тот покивал, и Анна вернулась к раненому. Когда боцман вернулся из шлюпки со скатанной рулоном переноской в руках, Анна во всеуслышание поинтересовалась:
— А кто эти двое? Пленные?
— Не совсем, — ответил казак, вытянувшийся перед боцманом по стойке смирно. — Вахмистр Кравченко, принял командование на себя. Атаман ранен, а без командира военному человеку никак нельзя.
Ивлев одобрительно кивнул.
— Разрешите доложить? Этот, — вахмистр указал на Корсакова, — из наёмников. Тех, что отвлекали Драконов. А вон тот, — кивок головой в сторону Хаски, — вроде бы разведчик. Пока под арестом, до выяснения.
— Мы что, с собой их забираем? — спросил Ивлев.
Казак замялся было в нерешительности но, сориентировался быстро:
— Так, точно, забираем. Разведчик… предполагаемый разведчик, утверждает, что ему необходимо связаться с командованием патрульного флота, — отчеканил Кравченко. — Ну а наёмник… Некуда ему идти. Он единственный, кто выжил, а бригаду его… — вахмистр осёкся. — Докладывает, что с командиром сговорились к нам, в казаки податься.
— Тогда вот что, вахмистр, погрузка в шлюпку в таком порядке: сначала — доктор, потом заносим раненого, потом твои бойцы, пленный пойдёт замыкающим. Будете держать его под прицелом, — сказал Ивлев.
— Слушаю, — вытянулся вахмистр.
— Вот-вот должна еще одна шлюпка прийти, погибших забрать, — помолчав, добавил Ивлев. — Капитан так распорядился: хоронить, как полагается, в космосе, с почестями. А наше дело — обеспечить срочную медицинскую помощь атаману.
— Наёмник ранен, — сухо произнесла Анна, — пусть сам себе сменит повязку и обработает коллоидом рану. Некогда мне с ним возиться.
Услышав эти, не слишком приветливые слова, Корсаков почувствовал большое облегчение: фраза, произнесенная строгим доктором, могла означать только одно: он теперь в команде! Сержа приняли за своего, уж слишком нарочито-строгое внимание ему оказано.
На борту шлюпку встретили трое вооруженных казаков и капитан Тышковский. Первым казаки извлекли из шлюпки Хаски, держа его под прицелом, отвели в сторону. Тот вёл себя довольно смирно, права качать и не думал. Вынесли атамана, тот был без сознания. Анна в темпе потащила переноску с атаманом в операционную: там всё было готово к приёму раненого.
— Кто вы такой? — спросил Тышковский у незнакомца. Он уже знал, тот, кто назвался Хаски, выдает себя за разведчика.
— Капитан Тышковский, мне нужно связаться с командованием патрульного флота… — начал было Хаски.
— Это всё? Больше вам ничего не нужно? — холодно оборвал его Тышковский, — аудиенция у главнокомандующего вам не нужна?
Разведчик блеснул глубоко посаженными глазами, но ответил миролюбиво, нейтрально.
— Нет, капитан, только дальняя связь с флотом. У меня важные сведения о Белых Драконах, нужно срочно сообщить их разведке патрульного флота. Понимаю, такая просьба от незнакомого субъекта не вызывает доверия. Давайте поступим так…
— Давайте я сам буду решать, как мне поступать и что мне делать, — обрезал Тышковкий.
«Ну и тип! — подумал Виталий, — звездолёт, считай, на прицеле неизвестно у кого! Атаман тяжело ранен, среди казаков — потери. Торчать на орбите треклятой планеты дальше, нет никакого резону. Свою задачу „Фуэте“ уже выполнил, администрация планеты доставлена на борт. Тут поскорее убраться бы, пока целы, но командование велит ждать! А не из-за этого ли субъекта весь сыр-бор?»
— Прошу вас, не горячитесь, капитан, — выдержав паузу, очень мягко продолжил Хаски, — я всего лишь предлагаю вам самостоятельно выйти на связь и доложить командованию, что вы приняли на борт Хаски, и добавьте: операция «Беглец». Пусть они сами решают, как со мной поступить. Вы ничем не рискуете, всего лишь доложите командованию о необычном пассажире на корабле.
— Не о том речь, уважаемый, — ответил Тышковский нервно. — Как и чем я рискую — никого не касается, это моё дело. Подозреваю, что из-за вас мы торчим тут, вместо того, чтобы давно уже оказаться в более безопасном месте. А здесь гибнут люди.
Виталий попытался успокоиться и взять себя в руки.
