Христовый возраст, надо же, два христовых возраста, два христовых возраста…
Катя легко вскочила, как будто и не было почти четырех часовой тренировки, явно готовится к чемпионату, сразу видно — упорная, всех победит… Набрасывая на себя легкий халатик, небрежно бросила:
— Распоряжусь насчет обеда. Ты должен питаться по графику, тебе нельзя есть как попало, ты же у нас святыня!..
И вышла. Сразу за дверью, в двух метрах, на тумбочке стоял цветок в горшке какой-то, с мясистыми листьями. Приблизив лицо к цветку, Катя отчетливо, хорошо поставленным голосом произнесла:
— Говорит Чемпионка. Космонавт не признается. Утверждает, что не знает. Из гущи цветка еле слышно донеслось:
— Продолжайте разработку объекта. На связь выходить постоянно. Как поняли?
— Продолжать разработку объекта, на связь выходить постоянно.
— Отбой.
Катя усмехнулась и отправилась по коридору распоряжаться насчет обеда для космонавта Юрия Леонидова, национального героя России.
Автомобиль, "Волга-Супер", с ревом пожирала пространство отличного правительственного шоссе, соединяющее объект "Х" с Москвой. Объект "X" представлял из себя комплекс зданий, огороженных высоченным забором с сигнализацией по верху, телевизионным наблюдением и рвом со стеклянными стенами, наполненным кислотой… В автомобиле мчался генерал Савраскин, мчался навстречу новым званиям, наградам и должностям. Шофер был роботообразен и беспристрастен, это считалось высшим шиком среди шоферов ГОНа, гаража особого назначения. Маленькая, совершенно незаметная среди других зеленая лампочка, призывно замигала, шофер так же беспристрастно направил машину на обочину и затормозил. Генерал клюнул носом воздух и возмутился: — Черт! Лейтенант, в чем дело?!
Дверцы автомобиля автоматически распахнулись и какие-то совершенно неизвестные генералу люди в черных комбинезонах и масках на лицах выволокли его наружу. Подкатил другой автомобиль, близнец первого, генерал был ловко заброшен на заднее сиденье близнеца, хлопнула дверь, взревели два мотора, и на пустынной дороге сиротливо осталась лежать лишь блестящая пуговица от кителя генерала, оторвавшаяся в момент пересадки… Куда делись люди в черном, не заметил никто, даже если бы и наблюдал произошедшее. Но увы, свидетелей в таких случаях не бывает.
На заднем сиденье нового для себя автомобиля генерал Савраскин, так лихо мчавшийся к новым званиям и наградам, увидел такое страшное, что заорал изо всех сил. Рядом с ним сидел непосредственный начальник, Шеф Коллегии Генеральной безопасности маршал России господин Ерохин.
Пообедав, Юрий стал размышлять, глядя на ленивое пламя в камине. Чем же ему заняться… Сразу после обеда эта неутомимая чемпионка пыталась вновь использовать его в качестве тренажера, но он мужественно избег этого… Хорошего помаленьку, а то так и надорваться можно… С непривычки… Хотелось бы прогуляться по какому-нибудь хорошему городу, наверно после победы демократии в России города похорошели, когда проезжали по Москве, он обратил внимание, какие вокруг красивые и нарядные дома, какая разноцветная реклама, сколько всего много нового и необычного для него… Но почему-то не выпускают, говорят, мол режим надо соблюдать, отдыхать, а какой тут может быть отдых, когда эта эротоманка его преследует неутомимо, ну точно Чингачук Большой Змей на охоте… — Тебе чего ни будь хочется, Юрий? -
обвила шею своими длинными и лживыми руками, ну горничная, самой хочется, а у него спрашивает…
— Нет, Катенька, давай устроим тайм-аут, перерыв то есть, до завтра хотя бы, а то я себя чувствую просто, нет, не просто выжатым или пропущенным сквозь мясорубку или бетономешалку, а просто изнасилованным…
— Ха-ха-ха-ха, ну ты скажешь, Юрок, изнасилованным, да в твои шестьдесят шесть ты еще ого-го-го какой отчаянный… Слушай, может все же шепнешь мне на ушко, как ты сохранился?
— Да я тебе уже тысячу раз за сегодня говорил — не знаю! Сам не знаю! Ну не знаю как. Ну что я могу поделать, если не знаю!..
— Ну не сердись, не сердись, нам с тобою еще долго здесь жить вместе…
— Как это долго?! Как это долго?! Я что, в тюрьме, я что — арестант?! — Ну не кричи, я тебе сейчас принесу чай из ромашки, он успокаивает… Не кричи.
И выйдя из гостиной, Катя направилась к ближайшему цветку.
— Господин президент, к вам на прием просится генерал Сухарев.
— Генерал Сухарев? Н его не знаю…Что за херня, что это значит — просится, я что — американский президент, ко мне что, кто попало может просится?!..
— Он просил передать вам одно лишь слово — космонавт.
— Так какого же хрена ты здесь торчишь, болван! Проси его быстрей! Помощник адъютанта выскользнул тенью за дверь. Генерал Сухарев, генерал Сухарев, нет, черт побери, я такой фамилии не знаю и не помню, какая-нибудь пешка из Коллегии, собирающаяся обскакать свое начальство и Савраскина… Что-то Савраскин долго не едет, уже давно должен был примчатся, недаром он Савраскин…
— Генерал Сухарев, господин президент!
Ишь, скотина, глазами ест, служака что ли… Главное старику понравится, а там…
— Должность, генерал!
— Начальник дознавательного отдела КГБ, господин президент!
