Старшему её напарнику пришлось некоторое время карабкаться по приваренным на стенах скобам до входа в шлюз. Он поспел как раз вовремя. Влетел в шлюзовую трубу, здесь попался на глаза спорящему с девочкой капитану, своим появлением прервал их перебранку, выкроил для себя ещё несколько мгновений на преодоление расстояния, оставшееся ему до корабельного шлюза. Как только мужчина упал на пол отсека, шлюзовые створки наглухо сомкнулись. Капитан канонёрской лодки, извергая гневные ругательства в адрес пришлых, стянул с себя эластичный шлем, ткнул сенсор интеркома и, через слово изрыгая ругань, приказал своему пилоту экстренно отчаливать. Раздался протяжный скрип металла, и канонёрку слегка качнуло. Но от причала она отвалила беспрепятственно.
– Слушать сюда! – яростно крикнул неожиданным визитёрам капитан; сейчас он очень мало напоминал самого себя, вежливого и интеллигентного собеседника за столиком бара. – На время боевых действий вы не пассажиры, а члены команды! Подчинённые МНЕ члены команды! Не выполните приказ – сожгу на месте! Ясно?!
– Точно так! – слитно отчеканили наёмники. – Что делать?
– Врубились, хорошо! Человек на кормовое орудие, насекомый в мидельную башню! Только, суки, не сбейте наших. Свои зелёные, чужие красные, жёлтых недобитков валите по желанию. Давайте, бегом-бегом-бегом!!!
Отмахнув руками, указав каждому направление, в котором нужно бежать, сам капитан припустил к мостику, где его уже заждался второй пилот.
Девочка, маскировавшаяся под инсектоида, впорхнула в сетчатую полусферу мидельного орудия и сразу же, умостившись в несколько великоватом для неё кресле, схватилась за манипуляторы спарки мощных веерных бластеров. Находившиеся в спящем режиме приборы установки ожили от прикосновения оператора. Под сферой башни появилась ещё одна сфера, голографической проекции, с шевелящимся плетением разноцветных тактических линий, предоставляющих опытному стрелку массу полезной информации. Красные, зелёные и жёлтые мигающие окружности на этой проекции сразу пометили цели в зоне поражения орудия. На дисплее локатора мельтешило огромное количество разноцветных точек, они отображали положение всех кораблей в пространстве.
– Ох-хо-хох, веерный бластер, какое неприятное воспоминание, – сожалеющее вздохнула и проговорила девочка. Тут же, выхватив взглядом пролетающий над ней штурмовик, прошлась по его брюху двумя волнистыми голубыми молниями.
Подбитый вражеский «борт» пыхнул облаком чёрного дыма и исчез в яркой вспышке взрыва своего реактора. В мертвенной тишине вакуума его беззвучное уничтожение выглядело особенно зловеще.
Канонёрская лодка отдалилась от базы и, выполнив манёвр, заняла место в строю таких же кораблей, успевших покинуть ангары и причалы. С позиций этой цепи бой вокруг космобазы был виден как на ладони. Несколько сотен вражеских стервятников набросились на оплот корсаров и уничтожали все малые корабли, что не успели взлететь. А те, что всё-таки успели, лихо маневрировали между зависшими в пространстве скалами астероидов и достаточно успешно уничтожали врага. Базу окружала защитная конструкция, напоминавшая сращённые вместе противотанковые ежи. Попасть сквозь такую плетёнку в тело самой станции ракетой или торпедой было крайне проблематично, учитывая тот факт, что толщина слоя этого защитного хаоса колючек составляла добрую сотню метров.
Строй двинулся на врага. Одиночные штурмовики врага, пытавшиеся атаковать корсарские корабли, буквально испарялись под шквалом совместных залпов. Корсары медленно, но уверенно накрывали базу сетью противоракетного огня, при этом немалым количеством автоматических установок и орудий с ручным управлением беспощадно выжигались все вражеские корабли, до которых только можно было дотянуться залпами. Подбитые корабли корсаров теперь могли спрятаться за этой стеной из огня и брони. Но прятались лишь те, у кого орудия выходили из строя. Все, кто мог продолжать бой, добивали остатки роя вражеских штурмовиков. И когда в яркой вспышке аннигиляции исчез последний, в эфире раздался слитный радостный рёв защитников базы.
Но радость эта была лишь кратковременной. На локаторных экранах появилось ещё одно скопление атакующих врагов, с противоположной стороны. И пока строй корсаров, разделившись на четыре сегмента, облетал базу, чтобы сомкнуться на обратной её стороне в такую же непробиваемую и смертоносную стену, враг успел выпустить несколько десятков торпед. Продолговатые яйцеподобные заряды в плазменных оболочках понесли свой смертоносный «подарок» базе.
Часть из них была уничтожена катерами и канонёрками братства, но всё равно больше дюжины торпед достигли намеченной цели и, насквозь прожигая слой защитных рамных конструкций, впились в модули корсарского оплота.