– Не наоборот? – уточнил Бокий. – Впрочем, неважно. Мне всё нравится. Мы подселяем к Скорцени товарища по заключению, а германская разведка, организуя побег главному фигуранту, прихватывает за одним и нашу подсадку. Нет, я вовсе не ёрничаю, вполне может сработать! Особенно если мы для пущей убедительности подставим Скорцени не только нашего, а ещё и пару-тройку настоящих германских агентов!
– Так, а я про что! – воскликнул Ежов.
– Ну а меня вы, товарищ маршал, пригласили, чтобы сообщить: на роль нашего агента вы наметили своего сына Николая?
– Боишься, не справится? – прищурился Ежов.
– Не боюсь, справится, – не тушуясь, ответил Судоплатов. – Тем более что капитан Ежов совсем недавно выведен из операции по зачистке Пруссии от диверсантов из полка Бранденбург-800 и фашистских боевиков. Многие из арестованных до сих пор держат его за своего – чем не легенда для сближения со Скорцени, тем более что в ходе операции Ежов неоднократно ссылался на личное с ним (Скорцени) знакомство.
– Соглашусь, – поддакнул Захаров. – В Пруссии Ежов сильно рисковал, и заработал надёжную легенду для внедрения в окружение Скорцени, но тогда это была краткосрочная операция с хорошо видимой целью. Теперь же цель размыта: главное – внедрить агента, а там видно будет, я неправ?
– Прав, Трифон Игнатьевич, – похлопал его по плечу Ежов, – кругом прав, но и упустить такого случая мы не вправе. Пробраться в ближнее окружение Гитлера нам пока не удалось.
– Не факт, что удастся и теперь, даже если операция по внедрению закончится успешно, – заметил Бокий.
– И ты прав, – повернулся к нему Ежов, но попробовать стоит! Или нет?
Маршал по очереди оглядел собравшихся.
– Да, стоит! – подтвердил Бокий.
– Я не против! – кивнул Судоплатов.
– Хороший план! – согласился Захаров.
– В таком случае попрошу вас троих представить соображения по составу группы, которая будет готовить и проводить операцию. Завтра в 11–00 списочный состав группы должен лежать у меня на столе! Все свободны!
Ежов по очереди пожал вставшим с мест генералам руки.
– Агент Флора, это задание чрезвычайной важности! – Про важность куратор напоминал, кажется, в четвёртый раз. И что в этом Скорцени такого? – В случае необходимости можете привлечь агента Розу.
Оперативный псевдоним Роза Машане категорически не нравился. «Это они твои шипы отметили, – поясняла Евгения. – Прекрасная и колючая, как роза!» – «Иди ты со своими немцами!» – сердилась Машаня, а Евгения лишь смеялась…
Слава богу, что от неё никто не требовал детального отчёта, как она добивается того или иного результата! Видно, действительно считали, что она делает это либо в постели, либо роясь в бумагах мужа. Какая гадость! Евгения даже передёрнула плечами от омерзения. А действительно, как бы она добывала сведения, не являясь двойным агентом? Всё, хватит, так и до нервного срыва недалеко!
– Ну что, удовлетворила куратора?
Этими словами встретила её Машаня, точно зная, что сейчас они в квартире одни. Подслушивающих устройств они не опасались. Чужим в этих домах такое точно не под силу, а своих они почему-то в расчёт не брали.
Уловив в слове «удовлетворила» двусмысленность Евгения поёжилась. Неприятно, хотя пора привыкнуть. После того, как вышла замуж, Машаня стала позволять себе шутки ниже пояса.
– Я его, как ты изволила выразиться, удовлетворила ещё в прошлый раз, когда сообщила место, где содержится Скорцени. – Евгения прошла из прихожей в зал. – Теперь твоя очередь. Слушай задание! Тебе передадут два дела. Надо их срочно закончить, и сделать так, чтобы после суда оба фигуранта оказались в учреждении, где находится сейчас Скорцени. Вот фамилии фигурантов и координаты учреждения. Сможешь?
– Барахло вопрос, гражданин начальник! – съёрничала Машаня. – При содействии двух таких разведок? – в лёгкую!
– Смотри, не заиграйся! – нахмурилась Евгения. – Ты когда в Питер?
– Завтра. В обед отмечу командировку и вечерней лошадью в Петроград!
– Я дома! – раздался из прихожей знакомый голос.
Продолжение следует
