Старшеклассники Аля и Жора влюбляются друг в друга. Любовь для них – убежище, куда можно сбежать от проблем. Но у каждого есть тайны: Аля мастерит звездочки из цветной бумаги, отмечая дни, когда ее бьет отец, а Жора вынужден жить по расписанию матери-истерички. Когда влюбленные съезжаются, старые раны дают о себе знать: они выясняют, что их первые отношения не такие идеальные, какими казались.
Разрезаю красную бумагу ножницами. Придаю нужную форму, пишу на внутренней стороне синей шариковой ручкой: «
Новости о семейном и бытовом насилии часто высвечивались в ленте, но я пролистывала их, думая: «
Из коридора слышатся громкие голоса. Родители переругиваются:
– Иди и извинись перед ней, – говорит мама срывающимся голосом.
– Нечего было мне под руку лезть! А ты ее лучше не защищай, сосредоточься на воспитании, – рявкает папа.
– Куда ты?
– Подальше отсюда, отдохну в более приятной компании.
Хлопает дверь, я вздрагиваю.
– Спишь? – мама заглядывает в комнату.
У нее измученный вид. В руках ватные диски, антисептик и пластырь.
– Нет.
– Ты не переживай, он вернется и обязательно извинится, – она садится рядом и накрывает меня одеялом. Становится тепло и спокойно. Сейчас я в безопасности.
Мама обрабатывает мою рану, лепит на нее пластырь.
– У него что-то произошло на работе? – спрашиваю я.
– Какой бы ни была ситуация, он не имеет права тебя бить. Махать руками может любой дурак, – мама склоняется и целует меня в лоб, – умный человек должен уметь брать верх над эмоциями. Сладких снов, милая.
– Спокойной ночи.
Она уходит, по пути выключив настольную лампу. Глаза привыкают к темноте. Я не свожу взгляда с красного листа бумаги. Незадолго до ссоры я выбрала его и положила на стол. Хотела занять руки чем-нибудь, пока буду учить английский. Хобби переросло в стрессоотводчик – если я сильно нервничала из-за уроков или контрольной, или дома случалось что-то плохое, я садилась за стол и создавала новую фигурку. Динозавры, инопланетяне, высокие и низкие люди, птицы – комната выглядит, как выставка экспонатов.
Открываю кулак и смотрю на звездочку. Если намажу ее фосфорной краской, она будет светиться как настоящая. Кладу ее на прикроватную тумбу и натягиваю одеяло до носа. Завтра будет новый день. Папа извинится, и все встанет на свои места.
* * *
– Ты упала? – в классе ко мне подсаживается Роза. Мы дружим со средних классов, проводим много времени вместе. От ее любопытства и зоркого взгляда порой негде скрыться.
– Споткнулась и приложилась к краю комода, – вру я с фальшивой улыбкой.
– Сильно болит?
– Не очень. Я даже забыла о пластыре, пока ты не спросила.
Мы смеемся, болтаем, а, когда начинается урок, переписываемся под носом учителя. Ногти Розы сегодня желтые с нарисованными миньонами из «Гадкого я». Она профи в маникюре, меняет рисунки чуть ли не каждый день. Иногда хочется попросить ее сделать мне маникюр, но каждый раз становится стыдно, ведь за любую работу надо платить, а у меня пока проблемы с карманными деньгами.
«
«
«
Я кошусь на Кристину с легкой завистью. Она человек с совершенно обычной внешностью, но стоит ей заговорить или улыбнуться, по-особому зажестикулировать руками, как она становится всеобщей любимицей. Ее даже в шутку называют «госпожа Харизма». Она пришла к нам в школу в седьмом классе, подружилась с одноклассниками, а потом и с учениками из параллели. Кристина общается и с теми, кто учится в первую смену. Счастливчики! Мне бы тоже хотелось возвращаться домой днем, а не бродить в темноте.
«
«
Я достаю телефон и напоказ открываю сообщения Вконтакте, чтобы Роза видела: я от нее ничего не скрываю.
– Пусто, – разочарованно протягивает она, вздыхает, а потом внезапно обнимает меня за руку и прижимается щекой к плечу, – ну, тогда я без тебя не пойду!
