Еще девчонкой Ли Браун была влюблена в Ральфа Сантеса. Надежда, что с возрастом детское увлечение пройдет, исчезла, как только Ральф снова появился в ее жизни.Но Ли ждут нелегкие испытания: «ответная любовь» Ральфа оказывается местью, Ли теряет работу, се семью преследует злой рок. Однако жизненные катастрофы лишь закаляют Ли, а награда, ожидающая победительницу, стоит вынесенных страданий.
Услышав звук подъезжающего автомобиля, Ли невольно напряглась и не смогла удержаться от того, чтобы не выглянуть на широкий двор ранчо. Из единственного окна ее маленького кабинета и двор, и въезд просматривались как на ладони. И тут же протяжный вздох вырвался из ее груди. Как глупо, неужели Ральф Сантес пожалует в родовое поместье на грузовике?! Ли потерла виски кончиками тонких пальцев и попыталась сосредоточиться на странице счетной книги, лежащей перед ней. Однако голова сегодня отказывалась работать, а стройные колонки цифр отплясывали перед глазами замысловатую самбу.
Еще пару месяцев назад ее жизнь не была омрачена ни единым происшествием, а потом переживания посыпались как из рога изобилия. Они начались с того, что простуда Лоры, бабушки Ли, никак не желала проходить; ее брат Сэм, уехав на археологические раскопки, не подавал о себе весточки; и, наконец, у Гарсиа Сантеса, хозяина ранчо, на которого работала Ли, случился сильнейший сердечный приступ. Хозяйский дом как-то опустел, помрачнел, словно сгорбился под тяжестью лет и внезапного одиночества. А через несколько дней после того, как сеньора Гарсиа увезли в больницу, пролетел слух, что полноправным хозяином ранчо стал его сын Ральф. Эту новость передавали из уст в уста. но официального подтверждения пока не следовало.
Все — и многочисленные рабочие, и небольшой штат обслуги, и арендаторы — погрузились в пучину пустых разговоров и всевозможных предположений. Говорили, что сеньор Гарсиа больше не вернется к делам и что он больше вообще не появится на ранчо. Что старый хозяин настолько плох, что вообще больше не может заниматься делами, а тем более ни в чем не сможет противостоять Ральфу, его жесткому напору и новым методам по управлению семейным поместьем. Управление семейным поместьем было как раз той единственной областью, где мнения двух Сантесов не находили ни единой точки соприкосновения. Ральф ратовал за нововведения и жесткий контроль над всем, а его отец отчаянно цеплялся за старый уклад. Люди были встревожены, если не сказать напуганы, и любое предположение, моментально обрастая подробностями и многочисленными догадками, тут же преподносилось как «самые свежие новости».
Ли старательно избегала обсуждения этих вопросов с кем бы то ни было, не участвовала в дискуссиях, не строила теорий. До некоторых пор она была относительно спокойна. Ее спокойствие было разрушено в тот самый день, когда распространяемые слухи нашли частичное подтверждение. На ранчо появились несколько человек, выглядящих в своих темных офисных костюмах как пришельцы с другой планеты. Они с минимумом пояснений изъяли бухгалтерские книги для проверки. Возражения Ли, конечно, не возымели никакого эффекта. Потому что действовали «пришельцы» исключительно по указанию сеньора Ральфа Габриэля Сантеса. Из стола Ли исчезли даже книги учета за последний месяц, которые были необходимы ей для работы. Ли едва успела сделать несколько пометок, прежде чем бухгалтерские журналы канули в картонных коробках. Вся это демонстрация вызвала возмущение и серьезное беспокойство. Ли не переживала за качество выполненной работы, потому что без лишней скромности могла с уверенностью утверждать, что все бумаги в идеальном порядке. Но ее в самое сердце поразил сам факт проверки. Он со всей определенностью мог быть истолкован как проявление недоверия и нежелания видеть ее в дальнейшем в качестве работника ранчо. Что ж, на все воля Ральфа Сантеса!
И вот уже несколько дней ранчо «лихорадило» в ожидании нового хозяина. Ральф Сантес не удосужился сообщить точную дату своего прибытия, и маленький мирок поместья находился в состоянии тревожного ожидания.
Ноющая боль в висках усилилась, и переключилась на глаза. Это все нервы, мысленно сказала себе Ли, прикрывая веки. Мне нужно успокоиться и сосредоточиться на этих проклятых расчетах. Она встряхнула головой, как будто это могло упорядочить мыслительный процесс. Но мысли продолжали порхать, перелетая с темы на тему, словно мотыльки, привлеченные светом лампы. И никак не желали останавливаться на работе. Вместо этого перед глазами возник образ старого сеньора Гарсиа. Хотя назвать «старым» этого сухопарого подвижного мужчину с благородными чертами лица язык не поворачивался. Гарсиа Сантес был моложав, подтянут и неизменно доброжелателен ко всем окружающим. А о Ли и ее семье он проявлял особую заботу… Неожиданно она почувствовала, как в глазах защипало и острый приступ тоски сковал сердце. Ведь может статься, что она больше не увидит Гарсиа Сантеса живым…
— Он едет, сеньорита, он едет! Я сам видел, как по дороге мчится огромная машина! Огромный белый джип! Я такой только в кино видел! Такая красивая машина!..