
Жаркие летние дни, студенты, пробующие взрослую жизнь, и щемящие оранжевые закаты кажутся подходящим фоном для поиска собственного «Я».«Это смешно и нелепо, но я никогда не мог сказать девчонке прямо, что она мне нравится…»Циничный Санжар, красивый Санжар, противный Санжар, от которого хочется держаться подальше и не иметь с ним ничего общего. Но все-таки она пропала при первом же взгляде на него – Эльназ, взрослый ребенок, погруженный в себя.Эту книгу можно было бы использовать в качестве утешения там, где кризис самоидентификации побеждает хаос юношеских чувств. Здесь нет долгих размышлений о сути бытия, тут никто не ноет о своей судьбе. Здесь только мы, взрослые дети, живущие по правилам, которых не понимаем. Но, может быть, сможем понять, если узнаем себя сквозь страницы этой книги.
София Каримова
Звезды взрываются внутри
Глава 1
Слишком много людей – вот о чем я перманентно жалела, пока мы добирались до этого замечательного дома с бассейном. Мысленно я все время пыталась абстрагироваться от их оживленного щебета и бурного выражения восторга, который доставал меня и всех окружающих на протяжении всего маршрута. Конечно, на меня никто не обращал внимания. Может, поэтому я чувствовала себя такой мрачной и уставшей, и настолько тоскующей по дому.
– Эля, скажи, что бы ты сделала, если бы у тебя было сто баксов?
Я пару раз моргнула и перевела взгляд на Данияра, который, ухмыляясь, сидел в своем шезлонге. Это была игра под названием «Как вывести Элю из себя». Данияр с детства в нее играл. Пошлые подначивания всякого рода, грязные намеки, грубые шутки – он не унывал, интуитивно чувствуя, что целится в нужное место. Среди друзей я слыла моралисткой.
Я в миллионный раз прокрутила в уме голос моего отца: «Эля, тебе понравится, вот увидишь!» Вообще-то, я пожалела об этом в ту же секунду, как поддалась на его уговоры поехать с этой пресыщенной компанией. Данияр был сыном хороших семейных знакомых, из тех, с которыми с детства не можешь найти общий язык. Он был избалован, тщеславен, невероятно хорош собой и мерзок до скрипа в зубах. С этим можно было бы как-то мириться, но за ним тенью ходило богатство его семьи, которая оплатила половину аренды нашей виллы. Во флаере туристического агентства это выглядело божественно – полуостров Капо-Кода-Кавальо, окруженный Средиземным морем с кучей лазурных пляжей. Может, если бы я не чувствовала себя частично обязанной за свое пребывание здесь, я бы могла более остроумно отвечать на его издевки, но в моем взвинченном состоянии все, на что я была способна, это:
– Я бы добавила сверху еще пару сотен и купила тебе билет в один конец, лишь бы от меня подальше.
Прозвучало это на редкость язвительно, буду откровенна. За весь мой короткий опыт в среде покорителей жизни, недавно вылупившихся из своих университетов, стало понятно, что существуют определенные правила общения внутри компаний. Например, некоторые могут грубить и совать свой нос, куда не надо, но другие будут вечно ловить косые взгляды за это.
– Мурат, намажь мне спину, – Асем, виляя бедрами, подошла к шезлонгу. Наигранно скромным движением она стянула с плеч пляжный халатик, и отовсюду послышались «ох» и «вау». На ней был невероятный блестящий купальник, весь прошитый серебристыми пайетками – зрелище было действительно ослепительным.
Наша компания отдыхает на одном из лучших островов в Средиземном море. Сардиния. Здесь щемяще красивые закаты, морской бриз задувает песчинки в волосы наших красавиц, и они от этого просто бесятся. Что до меня, то запах соли, который он несет, навевает что-то трогательное, нежное. Я мало с кем общаюсь, а остальные мало общаются со мной. На деле же их пустая болтовня вроде «попробуй этот крем, он идеально подойдет к твоей коже» или «Данияр – просто лапочка, видела эти мускулы?» просто выводит меня из себя. Девочки заигрывают с мальчиками (которые уже поделены между собой), заливисто хохочут над их плоскими шутками, бегают за ними.
– Эля, кто успел испортить тебе настроение? – Ануар выскочил из воды и навис надо мной, разбрызгивая холодные капли воды. – Окунись разок, тебе будет полезно.
Я попыталась отодвинуться, но тут он затряс надо мной своей головой, и прозрачные капли полетели с острых кончиков волос.
– Ты идиот!.. – не выдержав, я вскочила и бросилась на него, намереваясь столкнуть в бассейн, но он ловко увернулся.
– Наконец-то хоть кто-то смог ее расшевелить, – услышала я краем уха. Я резко обернулась посмотреть, кто это сказал, и не удержала равновесия.
В детстве папа говорил, что я плаваю как дельфин. Впоследствии я частенько думала, что если бы была более изящной, то он бы назвал меня «русалкой». Говорят, если прикоснуться к дельфину, то навсегда останешься счастливым, моя лучшая подруга Диана все детство мечтала об этом. И только потом мама объяснила, что дельфины – любимые папины животные. Но именно это и казалось ошибкой – такая ходячая катастрофа, как я, никогда не могла бы стать русалкой.
Вода сомкнулась над моей головой, дно встретило нестерпимо голубой плиткой. Порой я ненавижу бассейны – в них никогда не угадаешь, где глубоко, а где нет.
– Ну-ну, не надо злиться! – услышала я, когда вынырнула. – Подумаешь, намочила волосы.
Я убрала мокрые волосы со лба, охватив одним взглядом смеющиеся лица. Данияр от хохота присел в своем шезлонге. Ануар стоял у кромки, с сокрушенным видом посмеиваясь и качая головой. Наконец он наклонился и подал руку, но я не могла не воспользоваться возможностью, и он размашисто полетел в воду.