– Нет, – угрюмо ответил юноша.
– Тогда в чем дело?
– Я просто… я не знаю, что произошло.
– Я знаю. Мы оба по-глупому нагрузились токсом. Ничего страшного.
– Это…
Он подождал, пока пройдут Одри и Джош – оба прятали ухмылки, с любопытством и нетерпением поглядывая на размолвку любовников.
– Ох, – раздраженно проговорила Анджела, – притормози.
– Я же ничего не сказал.
– Да я в прямом смысле.
Пареш повиновался, Анджела остановилась рядом с ним и подождала, пока пройдет весь остальной взвод.
– Догоню через минуту, – сказала она Дирито, который шел замыкающим.
Он ухмыльнулся и ничего не ответил.
– Такого раньше не случалось? – с вызовом спросила Анджела. – Я про утреннюю часть.
Лицо Пареша скривилось. Сначала он выглядел сердитым, а потом – попросту очень жалким.
– Наверное, я выпил больше, чем думал.
– Н-да. Ты ведь понимаешь, что я намного старше тебя?
– Ага. Это трудно, знаешь ли, тебе ведь с виду лет двадцать, но я понимаю.
– Даже до тюрьмы я потеряла счет тому, сколько раз у мужчин «такого раньше не случалось». Значит, либо я такая женщина-глушилка, либо это случается чуточку чаще, нежели вы, ребята, готовы признать. Как бы то ни было, мне наплевать.
– Спасибо.
На самом деле он думал совсем по-другому. Она вздохнула. Ох уж это мужское эго!..
– Что там такое – неужели монстр?
– Что?
Он принялся встревоженно озираться.
– Кажется, я увидела какое-то движение, полковник.
– Я не… э-э… а-а…
– Вон там. В тех кустах.
Его прежняя улыбка вернулась.
– В тех густых зарослях?
– Густых зарослях далеко от тропы, где никто ничего не увидит.
– Может быть опасно.
– Очень опасно. Они весьма колючие, как я погляжу.
– У меня полотенце есть.
– И у меня. Отправимся на разведку?
– Долг зовёт.
Они сошли с тропы к озеру, потом побежали. Когда они достигли зарослей кустов и тинтилловых деревьев, оба смеялись. Анджела ужом пробралась через густо растущие побеги хайнлиста, отчего розовато-лиловые семенные коробочки полопались, выпустив короткие рыжеватые спиральки.
Внутри нашелся свободный пятачок земли, и там они упали на колени, слившись в неистовом поцелуе. Анджела подняла руки, позволяя ему снять с себя майку. Потом её рука оказалась внутри его форменных брюк, ощупывая твердеющий член.
– Я сверху, – сказала она.
– Да, мэм.
– Назовешь меня ещё раз «мэм» – и ты труп.
Она пихнула его на землю и оседлала. Их озарял Сириус – ослепительно сияющая точка, властвующая в просторной кобальтовой империи небес Сент-Либры. Он окутал её обнаженную кожу победоносным жаром, короновал её тело. Она наслаждалась моментом, яркой жарой и жаром другого рода, рожденным долгожданным ощущением мужчины внутри себя, наслаждалась тем, что была среди деревьев и кустов, в диких землях, свободная. Только здесь и началась её новая жизнь, первые шаги к ответному удару. Возвращение в Абеллию с её богатством и лоском, проникшим до мозга костей, принесло слишком много воспоминаний, приковывавших её к прошлому. Но в джунглях все оказалось совсем не так, как в прошлый раз.
В 2121-м в особняке Бартрама постоянно жили пять девушек. Анджела пыталась держаться с ними так же отстраненно, как Бартрам с ней, относясь скорее как к коллегам, а не как к подругам. С Оливией-Джей это было нелегко. Её внутренний переключатель «девочка-солнышко» все время был выкручен до максимума. Анджела подозревала, что за экспансивностью прячется какая-то глубокая неуверенность или низкая самооценка. Но если это была маска, если она в глубине души ненавидела то, что вынуждена делать, Оливия-Джей ничем этого не выказывала. Так что отталкивать её все время было трудно. Вскоре Анджела перестала об этом тревожиться. Оказалось, что иметь Оливию-Джей в подругах весьма полезно.
Утром автопилот «Ягуара» отвез их в город. Меньше чем за час до этого прошел дождь, и они подняли крышу, чтобы защититься от водяной пыли. Через тридцать минут яркий свет Сириуса должен высушить остатки влаги, а пока что Анджела видела, как от дороги поднимается пар.
– Я говорила с Мешиан прошлым вечером, – сказала Оливия-Джей, когда они повернули на рю де Монтессюи, которая должна была провести их вдоль долины Осуан почти до самого старого города.
– Да? – Анджела не то чтобы так уж заинтересовалась; Мешиан была одной из её предшественниц, покинувших особняк пару месяцев назад.
– Она начала изучать историю и политику в Стамбульском университете.
– Это здорово. Рада за нее.
– Ты собираешься продолжить учебу в Имперском колледже?
– Не уверена. Ещё не думала об этом всерьёз.
– A-а. Но когда ты вернёшься на Землю, у тебя будет достаточно денег, чтобы жить как следует и учиться.
– Ага.
