– Это официальное распоряжение властей, – пояснил отец Феоктист. – Все участники конфликта находятся под запретом в ряде социально значимых профессиях. Скажем, в нашей области архиереем тебе никак не стать.
– Может, с меня запрет снимут? – осторожно предположил Стас.
– А с какой стати? Ты ведь стрелял?
Стас посмотрел на него мрачно.
– Такой случай вышел, они в госпиталь ворвались… И потом, я ведь не в людей стрелял!..
– Ну да, – хмыкнул отец Феоктист. – На крокодилью охоту вышел, точно? Ты об этом вслух не говори, нынче зеленые официально приравнены в правах к людям, а неофициально они еще куда правее.
– Но формально я ведь канона не нарушал!
– Не суетись, – сказал отец Феоктист. – Мы тоже люди, понимаем. Дай времени пройти, там уже посмотрим. Почитай пока на клиросе, и не возникай там с правами. Понял?
Стас кивнул.
– И еще, – отец Феоктист понизил тон. – Ты там посмотри за батюшкой. Если что, так сразу мне докладывай.
– О чем докладывать? – не понял Стас.
– Ходят за ним слухи, – отвечал отец Феоктист. – На проповедях иногда чего-нибудь брякнет, на исповеди тоже… Конечно, нынче у нас полная свобода, но меру знать надо. К чему нам скандалы-то!
Стас невольно качнул головой.
– Это вы мне предлагаете, – переспросил он. – Только что отсидевшему зеку?
– Тебе тоже о репутации подумать надо, – буркнул батюшка. – Если ты и вправду думаешь сан восстанавливать, то покажи свое смирение.
Стас вздохнул, и склонился перед ним в поклоне.
– Спаси вас господи, батюшка. Благословите!
Отец Феоктист не вставая, как это было положено раньше, перекрестил его и дал поцеловать руку.
– Ступай с Богом. Небось, еще увидимся…
Стас вышел за ограду управления не испытывая никакого воодушевления. Он, конечно, не ждал, что церковь восстанет против инопланетного засилья, но хотя бы предполагал, что Дома Свиданий у них в запрете. Про эти дома свободной любви он уже наслышался достаточно для того, чтобы отвергнуть эту идею на корню.
Обретя документ о социальном статусе, он обрел некий общий уровень обеспечения, и потому мог себе позволить зайти перекусить. Конечно, роскошный модный ресторан был ему недоступен, но найти вкусную пищу можно было и в общих заведениях.
– Стас! – услышал он вдруг со стороны.
Рядом остановилась роскошная машина, и из нее выбралась столь же роскошная блондинка, не слишком молодая, но вполне привлекательная. Прохожие на улице останавливались, чтобы поглазеть на нее.
– Стас Бельский? – спросила блондинка, снимая очки.
– Мы знакомы? – спросил Стас.
– Заочно, – рассмеялась та. – Я Диана Милонова, подруга Агаты, вашей сестры.
Стас заинтересованно кивнул.
– Она что-то говорила, – сказал он. – Вы меня тут случайно обнаружили?
– Я вас специально искала, – отвечала она.
– Я тронут, – пробормотал Стас обескуражено.
– Спасибо, – она шагнула к нему, и свободно чмокнула его в щеку. – Не смущайтесь, Стас, она рассказала мне про ваш обет безбрачия. Я не собираюсь вас соблазнять.
Стас сдержано вздохнул.
– Уже легче, – отметил он с улыбкой.
– Но познакомиться очень хочу, – сказала Диана.
Стас поднял брови.
– Почему?
Она склонила голову на бок.
– Вы бы не задавали мне такой вопрос, если бы знали мой круг общения.
Стас наморщил лоб.
– Так вам наскучил ваш круг общения?
– Наскучил, не то слово! Я с трудом терплю это общение, которое на самом деле вовсе и никакое не общение. Современный разговор, это просто цепь монологов, где никто никого не слушает, но реакцию отыгрывают, и тем очень довольны. Представьте, я ради прикола время от времени рассказываю друзьям, что у меня смертельное заболевание, и мне осталось жить неделю, и как они это воспринимают? Самое живое восприятие было такое: «Так как мы проведем эту неделю? Я знаю отвязный клуб на побережье…»
Стас усмехнулся.
– Если честно, то я сам не знаю, как бы отреагировал на такое сообщение. По-моему, это довольно жестоко…
– Вот видите! – Диана радостно ткнула ему в грудь пальцем. – Вам это кажется жестоким, вас это хотя бы беспокоит!.. Это нормальная живая реакция, которой сейчас нет практически ни у кого! А я так соскучилась по нормальным отношениям!
– А что, Агата именно такая, как вы рассказываете?
Диана насупилась.
– Агата не такая, – сказала она. – Но про Агату, давайте не будем. Она вообще не нашего круга, если можно так сказать.
– Это вы про ее отношения с крокодилами?
– Тсс, – Диана приложила палец к его губам, и кокетливо улыбнулась. – Осторожнее, за такие слова на улице штрафуют.
Стас усмехнулся.
– В лагере тоже за это наказывают, но при этом никто не называет их людьми. Разве они сами не признают себя земноводными?
– Они тут вообще не при чем, – сказала Диана. – Вы уже познакомились с этим Ланго?
Стас покачал головой.
– Но я про него уже слышал.
– Очаровательный собеседник, – сказала Диана. – Я не знаю, чем они занимаются в постели, но я бы и сама с ним легла. Правда, он не участвовал в войне. Я вас задерживаю? – спросила Диана, заметив возникшее у Стаса беспокойство.
Беспокойство это относилось к теме разговора, от которой Стас хотел уйти, но ее вопрос сразу же получил положительный ответ.
