За всё это время мы пролетаем мимо друг друга и я вновь с трудом разворачиваюсь в его сторону.
– Ээээ… неизвестный корабль. Идентифицируйте себя.
– Имперский Резак.
– Что-то я не слыхал про такого. – В его голосе слышно неподдельное удивление.
– Новейшая разработка, – снисходительно поясняю ему: – Только с верфи. Вот, испытываю.
– Ух ты… – теперь неуверенность в его голосе сменяется почтением. – Здорово. А мы всё на старье гоняем…. И как?
– Ну, как тебе сказать? Внешне нравится?
– Да, красив!
– Вот, а внутри… ммммм…..
– Везёт тебе, – уныло констатирует он но внезапно оживляется: – так ты же в розыске!
– Я?
– Ты! Вот! – он подносит к камере какой-то листок. – Вот постановление на твой арест и …. – Агент подносит бумажку к свои глазам: – за множественные враждебные действия в системе Neche.
– Признавайся – был там?
Печально киваю.
– Именем Федерации! – От него так и прёт пафосом. – Ты, за совершённые преступления против Федерации Свободных Миров, объявляешься арестованным. Отключай щиты и ложись в дрейф до….
– Слышь, Агент, – прерываю его я: – а ты не того? Это центр Империи. Я – на спец задании от Имперской Инквизиции. И ты, вот так просто хочешь меня заарестовать и конфисковать новейший корабль? Не слипнется?
Но агент непробиваем:
– Ты арестован. При сопротивлении… – и, не дожидаясь моей реакции открывает огонь.
Ну что за нафиг. Вот же, только вылетел, и сразу в драку.
– Бродяга, стволы обнаж… ээээ… активируй.
– Слушаюсь, мой капитан. Я, кроме стволов готова много чего обнажить – для тебя, сладкий.
Брррр… нас тут убивать будут а он… она!
– Потом! Всё потом! К бою!
– Конечно, милый.
Но оружие всё же активирует. И то хорошо…
Мы снова сходимся, успев за время диалога разойтись почти на четыре километра. Агент открывает огонь первым и мои поля вспыхивают от его попаданий.
Перевожу турели в автоматический режим и отвечаю ему залпом из всех лазеров. Спустя миг подключаются пулемёты. Теперь очередь вспыхивать приходит его полям.
Сходимся и я вижу как он отрабатывает по мне из картечницы – на такой короткой дистанции это может быть опасно, но поле выдерживает, хоть и проседает прилично. Сбрасываю скорость и привычно врубаю реверс тяги, подрабатывая маневровыми что бы удержать его в прицеле.
Куда там! Анаконда с недоступной мне грацией проскальзывает надо мной и всё, что я успеваю – это всадить несколько импульсов в её брюхо.
Расходимся и я выжимаю до упора джой, пытаясь развернуть резака мордой к ней. Корабль поворачивается – но медленно, очень медленно.
А агент не теряет времени и моё поле начинает спадать под его залпами.
К чёрту разворот!
Перекидываю всю энергию на двигатели и отрываюсь от него на форсаже. Меня вжимает перегрузкой в кресло и я вижу как столбец индикатора скорости взлетает выше трёх сотен. Оторвавшись на три километра вырубаю полётного помощника и относительно быстро разворачиваюсь – вовремя. Анаконда уже в пределах досягаемости моих лазеров. Как, впрочем, и я для него. Включаю помощника и мы сходимся, осыпая друг друга залпами.
Его поле падает и мои четвёрка моих пулемётов впивается трассами залпов в обнажённую тушу Анаконды.
Увы, но моё поле ненадолго переживает его. Резак сотрясается от попаданий. Целостность его корпуса стремительно падает – но недостаточно быстро.
Расходимся.
У меня остаётся половина, у него – меньше трети.
Сближаемся – и тут он накрывает меня залпом картечницы. Был бы я чуть по манёвреннее – успел бы отвернуть морду, но тут – увы.
– Крак! – по лобовому стеклу начинает змеиться трещина.
Пофиг! И не в таких передрягах бывали – продолжаю полосовать его лазерами, отмечая, как от пулемётных очередей его корпус начинает выбрасывать снопы мелких осколков.
Проверяю формуляр цели – три, ТРИ процента! Сейчас он сдохнет!
– Кра… – в наступившей тишине вижу как в пространство космоса улетают обломки стекла. Моего стекла!
Мимо проносится громада его корпуса и я машинально зажимаю гашетку.
Один процент! Он труп! Разворачиваю. Медленно, чёрт побери – как же медленно! корабль для очередного захода, должного стать последним для агента и замечаю как второй пилот машет руками привлекая моё внимание.
Поворачиваю голову к Бродяжке – она что-то говорит, но с открытым забралом шлема это бесполезно. Стучу пальцем по шлему в районе уха и она, догадавшись, закрывает шлем.
– Сдурела? Ору ей. Сдохнешь, тут же вакуум!
– И что? Мне-то что? Я не дышу, в отличии от…. Кстати – воздуха осталось на четыре минуты. Тебе.
Бросаю взгляд на радар – моя цель медленно удаляется в противоположном направлении, не предпринимая акивно-враждебных действий. Даже оружие убрал. Удирает. А ведь догоню!
Начинаю очередной разворот, но Бродяжка останавливает меня:
– Три с половиной. Но ты не переживай – я доведу до Станции. Курс уже я проложила.
Провожаю взглядом уходящую на одном проценте Анаконду и убираю оружие, готовясь к прыжку.
Прыжок.
