Иногда он отправлялся в другие владения, в разные тренировочные лагеря, размещенные в тайных местах, или в управляемые организацией «Лудус Витэ» общины. Если было время, он участвовал в тренировках по боевым искусствам — либо как ученик, либо как приглашенный инструктор.
В последнем случае ученики всегда аплодировали ему после окончания тренировки.
Сферой его компетенции были стратегия и техника. Его роль в «Лудус Витэ» сводилась к тому, что он занимался менеджментом технических проектов, а командовали всей организацией другие. Ни одна ячейка не докладывала ему о своей деятельности. Впрочем, он часто посещал все командные группы в секторе и несколько групп за его пределами.
— У Совета Планирования, — сказал Вилкарзье во время одного совещания, — есть большие виды на тебя, Том.
— Я так не думаю, Алексей. — Теперь они называли друг друга по имени. — Но спасибо за то, что ты хочешь подбодрить меня.
Возможно, руководство заметило, что Том лучше других знаком с внутренней обстановкой. Конечно, в этом заключалось большое преимущество: подробная карта «Лудус Витэ» в этом секторе, хранящаяся в его памяти, была жизненно необходима для разработки стратегических моделей.
В Совете Планирования и в других высших эшелонах власти существовали внутренние распри, но Том всегда старался держаться в стороне от них.
— Это только добавило вам популярности, милорд, — сказала Эльва, когда они возвращались домой с одного из собраний под охраной переодетых в штатское воинов. — Это хороший способ не участвовать в их глупой борьбе стенка на стенку.
— Но политика — как раз то, что мне нужно! Эльва рассмеялась:
— Все, чем мы занимаемся, и есть политика. Этим же вечером, после того как Том пробежал свои обычные двенадцать километров и вернулся в кабинет, чтобы поработать, она попросила уделить ей время.
— О чем ты хотела поговорить? — спросил он, когда она прошла сквозь мембрану.
— Слышали ли вы о Метасозыве?
— Ну да.
До того как Том стал лордом, он никогда не слышал об этом, но теперь знал: каждый год после Созыва несколько делегатов посылали на глобальный Метасозыв. На нем были представлены не все владения, но обязательно все сектора.
— Почему ты спрашиваешь?
— Знаете ли вы, что в нынешнем году это крупное событие состоится в секторе Билкраница?
— Я не думал об этом. — Том нахмурился. — Кажется, слышал. Разве это важно?
— Это то самое место, откуда Вилкарзье. — По интонации Эльвы было ясно, что сей факт ей не нравится.
Том облокотился на стеклянный стол; стол сразу же изменил конфигурацию, приспосабливаясь к дополнительной нагрузке.
— Я не вижу…
— Вилкарзье собирается предложить вас в региональные депутаты.
— Хорошо… — Том пожал плечами. — Я думаю, Алексей старается сделать для меня доброе дело. Но я не уверен, что у меня будет время на депутатство, даже если он сумеет организовать это.
— Он сумеет организовать это, милорд, — сказала Эльва, — если это будет достаточно важно для него.
— Вероятно. — Том снова пожал плечами. И улыбаясь, чтобы немного смягчить язвительность тона, спросил: — Чего ты на самом деле добиваешься?
— На самом деле этот пост вам хочет предложить Совет Планирования.
Том уставился на нее:
— Но зачем?
— Когда случится Первая Забастовка, — такое кодовое название носила акция протеста по всему Нулапейрону, — станет нужен посол в официальных властных структурах.
— Но… — Том опешил. — Это ведь еще даже не обсуждалось.
— С нами не обсуждалось. — Эльва стояла, скрестив руки на груди. — Это моя точка зрения.
Золотые и красные триконки медленно перемещались в воздухе. Система их казалась очень сложной, но это впечатление было обманчивым.
— Ростовщики? — спросил Том. — И товарные склады?
Чжунгуо жэнь, один из подчиненных Чжао-цзи, кивнул.
— Конечно, это не наши склады?
— Конечно, нет.
Вооруженное нападение, разумеется, несет с собой немалый риск. Но деньги были нужны для финансирования операций. Даже если всего несколько дворян, принадлежащих к «Лудус Витэ», вложат свои банковские сбережения, большие потоки денежных средств раньше или позже будут замечены и отслежены.
— Первый рейд должен стартовать. — К ним присоединился Вилкарзье.
— Гм… Спасибо, Цин.
Чжунгуо жэнь поклонился, поняв по интонации Тома, что может быть свободен.
— Там не должно быть большого количества средств обратной связи. Это, конечно, благодаря тебе. — Вилкарзье улыбнулся. — Хотя, поскольку ты здесь, мы скоро узнаем, засекли власти наши линии связи или нет.
— Лучше бы остаться незасеченными.
— Кто бы спорил!
— Я имею в виду — совсем невидимыми.
— Да. — Вилкарзье кивнул. — Эльва Штрелстхорм капает на меня, не так ли?
— Не понимаю, о чем ты.
Вилкарзье сделал вид, что разглядывает крошечный, размером с булавку для галстука, дисплей.
— Мы никогда раньше не выступали публично, — сказал он. — Но после Первой Забастовки наступит время обнародовать наши требования.
— Возможно, ты и прав. — Том не думал еще о столь далеком времени.
— Я прав несомненно. Кто сможет лучше лордов завоевать официальное признание? Лучше лордов, понимающих образ мышления благородных.
— Ты имеешь в виду меня и себя.
