— Идем, Том. Придется отложить наши воспоминания о старых временах.
Помогая себе руками и коленями, люди пытались проползти сквозь небольшое отверстие в полу. Оно должно было вести в служебную шахту.
— Сколько у нас здесь обученных членов ячейки, способных на боевые действия? — спросил Том.
Снаружи раздался предсмертный крик, который тут же оборвался.
— Не стоит говорить «у нас», парнишка. — Дервлин взял в правую руку гразер погибшего Дживрина, в левой руке он держал только черную палочку для барабана. — Ты уберешься отсюда.
Вокруг слышались глухие стоны раненых и покалеченных.
Том распахнул плащ и отбросил его в сторону.
— Я уберусь?! — Он отпихнул гразер, протянутый ему одним из уцелевших охранников. — Спасибо, я не люблю шума, который они производят. А вот если вы накроете шквальным огнем вон тот участок, — Том указал, — то я смогу выбраться отсюда через боковой туннель. И тогда я благополучно смогу обойти их сзади.
Дети, которых спас Дервлин, испуганно моргали и таращились по сторонам.
— Ты так ничего и не понял, мой мальчик?
Застыв, Том поднял глаза на Дервлина. Несмотря на то что снаружи возобновилось шипение гразеров, он готов был расхохотаться: уже много лет никто с ним так не разговаривал.
— Ведь, скорее всего, они пришли за тобой, Том. — Дервлина передернуло. — Ты не думал о такой возможности?
Том застыл.
«Неужели это моя вина?» — подумал он. И вынужден был согласиться с тем, что Дервлин, похоже, прав.
Милиция вполне могла обладать лишь частью информации. Они знали, что к ним в лапы может попасть один из руководителей «Лудус Витэ», в голове которого хранятся бесценные стратегические планы… но они не знали, кто он.
А он, глупец, не учел такой возможности и не соблюдал законов конспирации.
«Это моя и только моя вина», — думал он.
А Дервлин, похоже, хорошо представлял себе сложившуюся ситуацию. И по его мнению, Том должен был уносить ноги. Что ж, судя по всему, Дервлин кругом прав…
— Хорошо, мы уходим! — Приняв это решение, Том опять взял за руку маленькую девочку и глянул на уцелевших охранников. — Вы трое пойдете со мной. — Он посмотрел на тело Дживрина. — Мы возьмем его с собой.
— Лучше оставьте, — возразил Дервлин. — Я о нем позабочусь. А вы поторапливайтесь!
— Я… — Том мотнул головой. — Береги себя, Дервлин.
— Да убирайтесь же!
Том побежал через зал, волоча за собой девочку. Охранники образовали вокруг него заслон, один из них нес другого ребенка, завернув его в рубашку. Впереди Эльва помогала проталкивать людей сквозь отверстие.
Вновь лучи прорезали воздух, и все попадали на пол.
От страха у Тома проступил холодный пот. Но больше страха его сердце терзал стыд за собственную глупость.
— Эльва, ты идешь со мной.
— Но, милорд…
— Мы не можем рисковать. Тебя могут опознать.
Краем глаза Том заметил алый пояс и разлетевшиеся в разные стороны алые ленты. Похоже, новобрачные успели скрыться.
Шипение гразеров и новые крики — уже совсем близко.
Когда он обернулся, лицо Дервлина было залито кровью, но он продолжал отстреливаться.
«Ну все! — сказал себе Том. — Вперед!»
Подхватив девочку на руки, он нырнул в отверстие, проскользнул ужом.
«Вперед!!!» — Он внес ребенка в серую пыльную горизонтальную шахту.
Лучи смертоносного света прощупывали темноту в поисках мишени. Очень близко — он даже почувствовал запах собственных горелых волос.
«Вперед! — говорил он себе. — Ты должен спасти хотя бы этого ребенка».
Потом они бежали по шахте — она была высокая, но узкая, так что их плечи касались стен. Впереди сиял оранжевый свет, и Том увидел лежащую фигуру в одеянии из шуршащего лилового шелка.
Как дорогой сверток…
«Вперед!» — Он лишь крепче прижал к себе девочку, когда пришлось перепрыгнуть через тело мертвой жрицы, и снова побежал. Позади Эльва кричала что-то охранникам.
Задыхаясь от пыли и почти ничего не видя, он бежал, спотыкаясь, и в голове у него была теперь всего одна мысль: «Спасти эту девочку!..»
Наконец коридор стал шире и превратился в небольшой зал. Восемь туннелей встречались в этом месте, и люди, торопясь, растекались по ним в разных направлениях.
— Второй туннель направо! — прокричала Эльва. Том прыгнул в устье темного туннеля и опять побежал.
— Все хорошо, — сказал он ребенку. — Уже скоро, моя хорошая.
Эльва выбрала туннель верно. Под ногами то и дело хлюпало, но пол был относительно ровным, и воздух становился все чище и чище.
У Тома не было времени оглянуться, но чьи-то башмаки шлепали по воде и стучали по камню за его спиной.
Маленькая девочка молчала.
«Не бойся, — сказал ей мысленно Том, потому что на голос воздуха уже не хватало. — Я спасу тебя».
— Милорд, не могу больше…
Он замедлил шаг, остановился. Посмотрел назад. Эльва стояла, согнувшись и схватившись за бок.
— Я цела… Просто… колет в боку… милорд…
Ее лицо было неестественно белым, освещенное бледным светом флюоресцирующих грибов, покрывающих влажную стену.
«Не волнуйся, малышка», — подумал Том.
Их догнали охранники — слава Судьбе, все трое! — встали прямо в лужу на одно колено и, тяжело дыша, направили гразеры навстречу преследователям.
