«Как пить дать», — мысленно согласился с ним Редер.
— Сэр, — произнес женский голос, при всем своем спокойствии заметно смущенный. Должно быть, это был кто-то из команды технического обслуживания орудий. — Мы обнаружили неполадку в лазере номер девятнадцать. Одна плата прицельного датчика была поставлена ошибочно. Она прошла имитацию огня и не проявилась на диагностике, потому что не вступила в противоречие с функцией орудия. Мы заменили эту плату.
— Почему бы нам еще раз ее не проверить? — после многозначительной паузы произнес капитан. — Выберите цель.
— Есть, сэр. — Последовала наикратчайшая пауза, а затем: — Цель обнаружена, сэр.
— Огонь! — рявкнул Каверс.
Алый огонь вспыхнул и в темпе разрезал кусок астероида пополам.
— Огонь, — еще раз сказал капитан. И лазер снова ударил точно в цель. — Огонь, — в третий раз повторил капитан. Еще от одного куска астероида остались две половинки. — Похоже, этого щенка вы на поводок взяли, — протянул капитан, в голосе его не было ни тени удовлетворения. — А теперь устройте проверку нашим ракетным батареям.
Эта проверка продолжалась до тех пор, пока астероид не превратился в мелкую пыль.
«Ну и ну! — подумал Редер. — Пленных не берем».
Он одобрительно ухмыльнулся. Весь длинный день они маневрировали, атаковали и палили, пока Питеру явственно не почудилось, будто весь корабль раскалился. «Ух ты, какие мы горячие, — подумал он и хлопнул ладонью по столу, опять улыбаясь. — Самые горячие по эту сторону галактики. По крайней мере, когда речь о беззащитных астероидах идет». Единственным недочетом всего занятия стал тот лазерный промах. Питер покачал головой. «У нас чертовски классная команда, — подумал он, и глаза его засияли. — А завтра и у меня появится возможность показать, из чего мои люди сделаны». Причем завтрашнее занятие должно было стать куда более важным. В конце концов, лазерные пушки и ракеты были на «Непобедимом» всего лишь резервом; его главную боевую силу составляли «спиды».
Хотя в ведомстве Редера не все было гладко. Смерть Окакуры и гневные тирады Синтии уже привели его подчиненных на грань коллективного нервного срыва. Они становились нервозными и угрюмыми, когда она оказывалась поблизости, и нервозными и склонными к самому черному юмору, когда ее поблизости не наблюдалось.
К чести лейтенанта Роббинс, она казалась по-настоящему озабочена решением множества стоящих перед их отделом проблем, а не только бесцеремонные указания раздавала. Однако благие намерения не слишком успешно смягчали негативный эффект от ее постоянного критиканства. Правила хорошего тона в бортинженерном отделе то и дело отправлялись ко всем чертям, а ведь там работала десятая часть всей команды «Непобедимого»; причем, не считая пилотов, пожалуй, самая важная часть.
В первую свою рабочую неделю Редер сделал акцент на запоминании имен, лиц и функций своих подчиненных — к смущению и замешательству своего заместителя.
— Неужели вы со всеми этими людьми служили? — спросила Роббинс, когда он поприветствовал уже четвертого человека из тех, кого она пока еще лично ему не представляла.
— Нет, не служил, — с неодобрительным смешком отозвался Редер. — Я просто их личные дела просмотрел.
— Вы их имена запомнили? — воскликнула она, изумленная не меньше, чем если бы Редер ей сказал, что он их мысли читает.
Вспоминая об этом, Редер покачал головой. «Надо же, — подумал он. — Эта девушка все детали «спида» назубок знает. И в то же самое время из всех тех людей, которые с ней работают, она способна лишь к трем-четырем по имени обратиться». Насколько он мог судить, для Синтии Роббинс все члены команды представляли собой взаимозаменяемые детали, и каждый из них был не индивидуальнее фунта мелких гвоздей. «И не одушевленнее», — со вздохом добавил Питер.
Впрочем, как ему казалось, прогресс уже намечался. Со времени его прибытия мораль в коллективе заметно поднялась, и даже сама Синтия в целом стала менее ворчливой и замкнутой. Редер также заставил своих людей перебрать целую гору забракованных деталей и починить все, что только было возможно. Удручающе ничтожное число, если учитывать нынешнее состояние бюджета его отдела. Треснутые и загадочным образом покореженные компоненты стали главной проблемой, учитывая то, что многие подобные дефекты были практически незаметны.
«Еще одна причина уважать талант лейтенанта Роббинс, — подумал Редер. — Или сомневаться в ее честности, если так больше нравится». Но что ему больше нравится, он пока для себя выбрать не мог.
«Так или иначе, — решил Питер, выключая монитор, — эскадрилья готова как никогда. Все «спиды» проверены и перепроверены, все люди вымуштрованы так, что будьте-нате. Конечно, всегда нужно ждать неожиданности, — подумал он, стуча по деревянному брусочку, который он на счастье держал у себя на столе, — но все возможное мы точно сделали».
Успех сегодняшнего занятия превзойти было сложно, особенно учитывая то, что они шли следом. «Но я уверен, — подумал Редер, — мы тут кое-кого удивим. Мы их всех переплюнем и обштопаем».
