— Итак, дамы и господа, — обратился Редер к своим старшим офицерам, — мы с вами оказались в интересном положении. — Он постучал пером по столу, приглушая смешки. — Мне бы очень хотелось добавить, что положение это уникальное, но, к несчастью, мокаки нас здесь опередили.
— Сэр? — Бут поднял руку.
— Слушаю вас, мистер Бут. — Редер сдержал недовольную гримасу. «Я знал, что меня ждет, когда его на это собрание приглашал, — подумал он. — Так что теперь просто придется, стиснув зубы, его терпеть».
— Под какой конкретно угрозой мы в данный момент действуем? — Шеф контрразведки смотрелся подавленным и предельно серьезным.
— Гм… — Питер оглядел стол. Все лица выражали примерно то же самое, что и физиономия Бута. Коммандер откашлялся. — Мы в общем и целом действительно действуем под угрозой. Но это вполне разумная угроза, — сказал он и поднял руки, словно бы отметая все возражения.
— Я мог бы и сам догадаться, — пробормотал Бут.
— Мистер Бут, — раздельно произнес Редер, жестко на него глядя. — Я отвечаю на ваш вопрос. — Коммандер выждал еще немного. Наконец глаза Бута с неохотой, но все-таки опустились.
— Повиане эскортируют нас в свой клановый дом, — продолжил Питер. — Нас предупредили, что если наши орудия начнут разогреваться, они рассудят, что мы намереваемся стрелять, и по нам будет открыт огонь. — Он улыбнулся Саре. — Похоже, капитан-лейтенант, вы там на них сильное впечатление произвели.
Сара тоже улыбнулась и покраснела, а все офицеры в знак одобрения принялись стучать по столу кольцами Академии. Все, кроме Бута, который опять не отрывал глаз от Редера.
— Сэр, — поинтересовался шеф контрразведки, — что повиане намереваются с нами сделать, когда они нас на свою планету притащат?
Редер какое-то время просто на него смотрел.
— Законный вопрос. Особенно если допустить, что нас куда-то тащат. На самом же деле это не так. Нас пригласили их сопровождать. Если бы мы захотели, повиане позволили бы нам удалиться сразу же после боя.
— Ха! Это они теперь так говорят. Сэр. Теперь, когда мы делаем то, что им от нас нужно. Как они, по-вашему, отреагируют, если мы прямо сейчас остановимся и скажем, что передумали?
— Честно говоря, мистер Бут, думаю, что они нас отпустят. Я также думаю, что они посчитают нас хамами и в следующий раз будут не столь радушны, если какому-то из судов Содружества случится здесь оказаться.
Питер размеренно постучал по столу своим пером. Молчаливую манеру, в которой офицеры позволяли этому разговору продолжаться без их вмешательства, он посчитал указанием на то, что у них также есть свои соображения.
— Такая вот у нас ситуация, — продолжил коммандер, подаваясь вперед. — Один транзитный мотор выключен, еще один отчаянно нуждается в ремонте. Не говоря уж о том, что ремонта требует корпус. И нам нужно лечить раненых. — Питер оглядел стол. — Более того, теперь у нас совершенно точно не хватит горючего, чтобы добраться домой.
После этих слов вокруг стола началась словно бы какая-то почти незримая рябь; офицеры едва заметно меняли позы и переглядывались. Некоторые из них уже и так это знали, а остальные, похоже, предчувствовали подобную ситуацию. Однако при всем при том им требовалось быть каменными, чтобы не проявить совсем никакого отклика.
— Но даже будь у нас в достатке антиводорода, — продолжил Редер, — нам все равно пришлось бы пройти через территорию Нтагона. С одним выключенным мотором и другим в ремонте. Да, этот корабль был построен как быстроходный рейдер. Но нам придется пытаться пробить себе путь как минимум со сломанной лодыжкой. Неужели кому-то действительно хочется вести перестрелку с крупными боевыми подразделениями… да еще когда у них базы снабжения под боком?
Откинувшись на спинку кресла, коммандер лениво покатал свое перо взад-вперед. Затем он поднял голову и пристальным взглядом обвел весь стол, подолгу задерживаясь на каждом лице.
— Так что, как видите, выбор у нас следующий: рискнуть здесь или гарантированно погибнуть там.
Редер наблюдал, как офицеры взвешивают сказанное. Ждал молча, пока каждый из них не посмотрел ему в глаза и не кивнул. Впрочем, оставался еще Бут.
— Тогда мы должны установить свое превосходство, — заявил шеф контрразведки.
— А что, мистер Бут, иначе аборигены хамить начнут? — с кривой улыбкой осведомился Труон Ле.
Шеф контрразведки ощетинился, но прежде чем он смог ответить, вмешался Редер.
— Думаю, благодаря эскадрилье, мы уже установили свое по меньшей мере им равенство. Мы также проявили к ним всю любезность, на какую были способны.
Питер потер лоб.
— Мистер Бартер, наш лингвист, сообщил мне, что повианский язык включает в себя очень много жестикуляции и мимики. И то, и другое совершенно необходимо, чтобы добиваться правильного понимания, а также чтобы указывать на всякие смысловые тонкости, проявлять хорошие манеры и тому подобное. Это приводит нас к еще одному вопросу, который меня беспокоит. Как повиане будут реагировать на то, как мы выглядим?
Так получилось, что все за столом одновременно вдохнули.
