Беклемишев не долждался от нас хоть какой-нибудь ответной реакции на его гастрономический комментарий. Неужели господин лейтенант думал, что мы блевать побежим? Фига с два. Вася – деревенский житель, сызмальства приучен к настойкам на всякой дряни типа березовых брунек. А я, как уже говорил, весь учебный год с ним практиковался в употреблении всего, что горит. Не подумайте только, что мы какие-нибудь общажные забулдыги. Так, рюмашку-другую в конце недели, стресс снять.
И, насладившись вволю напитком, Беклемишев продолжил речь в своем обычном стиле – разведением турусов на колесах:
– Мои юные друзья! Послушайте, что я скажу. Все равно, пока не дождемся звонка от похитителей, срываться куда-то на ночь глядя бессмысленно. А домой мне соваться так вообще не вариант… Так вот – может вы и правы: я слегка ослабил бразды правления над своей первичной ячейкой общества… Конечно, вы про себя думаете, что с вами такого случиться не может в принципе? Особенно с кучерявым верзилой, к которому девчонки, уверен, сами на… карусель запрыгивают? Сегодня – рыженькая, завтра – светленькая. Ты же не думаешь, Василий, что такая хм… полигамия будет продолжаться всегда? Ни фига. Попадешься и ты под выстрел Амура… Ты не фыркай, не фыркай, здоровяк! Рано или поздно захомутает тебя какая-нибудь тихоня-аккуратистка со скрытыми до поры диктаторскими замашками. И только лет эдак через десять ты с удивлением начнешь замечать, что твоя маленькая фея медленно, но верно превращается в жуткий гибрид фрекен Бок, мисс Марпл и боярыни Морозовой… И тогда ты, Вася, познаешь на своей шкуре темную сторону силы!
Настойка на жуках-плавунцах, вкупе с забавным пророчеством, вызвали у меня приступ неконтролируемого веселья. Что не укрылось от бдительного ока господина лейтенанта:
– Ты, Дмитрий, тоже зря скалишься: твоя-то половинка изначально будет под центнер. Или за. Не думай, что если ты худосочный ботан в немыслимых очках, то отвертишься от походов по супермаркетам и "днюхам" ее идиоток-подруг. Парадокс, но толстухи почему-то любят таких задохликов… Зажмет тебя такая "бомба" в темном уголке пьяненького, и..
Пока экстраполяция моего незавидного будущего на радость некоторым не зашла слишком далеко, я спешно перебил оракула:
– Антон Петрович! Да черт с ними со всеми, и с толстухами, и с аккуратистками! После вашего прогноза мне вообще в монахи податься захотелось… Вы лучше объясните популярно, чего мы до сих пор рысью не бежим к автомату, не вызываем ОМОН, или что у вас здесь?
– Я как раз сейчас к этому вопросу перехожу, агент Дмитрий! – успокоил меня Беклемишев. – Просто мне не очень приятно, если вы будете думать, что я, как точно выразился Василий – мужик и офицер – могу до дрожи в коленках бояться двух крикливых толстых баб. Это роняет мой авторитет командира ниже плинтуса, и может отразиться на вашем статусе в худшую сторону. Я уже однажды вам намекал: одно дело, если я выставлю вас перед начальством жертвами сложившихся обстоятельств. И совсем другой коленкор, если перед судом предстанут два молодых, но уже матерых "черных копателя"… С этим нюансом, мы, надеюсь, разобрались?
Мы – кто б сомневался! – тему просекли, о чем "толсто" намекнули Боссу частым подхалимским киванием.
– А не бежим к автомату, – продолжил господин лейтенант, – мы совсем по другой причине. Чисто гипотетически предположим, я решил-таки делать все по букве закона, и вызвать коллег – спецов по похищениям людей… За полным отсутствием мобильной связи единственное место, откуда это можно сделать – таксофон на площади… Ну, вызовем… Конечно, не припереться сюда с мигалками и сиреной операм ума хватит, хотя на все сто я не уверен… Даже если пацаны окажутся с головой, заявятся под видом соседей в майках-алкоголичках, с тяпками наперевес – соли попросить, все равно некошерно может получиться. Чего я боюсь? Боюсь, что бандиты вполне могли оставить наблюдателя… Сидит, к примеру, сейчас в лопухах за соседским нужником человечек с биноклем и пасет нас по-тихому. Пока мы торчим тут безвылазно, типа ждем звонка, думаю, эти уроды кипишиться не будут… А вот что тянут, суки, с гребаным звонком, я им, когда поймаю, припомню. Так-то этих сволочей понять не мудрено: пусть клиент помучается неизвестностью, попсихует, напридумывает себе разных ужасов. Зато при торге станет уступчивей, не будет за каждый бакс рогом упираться – ой, много, ой, не наберу… Или же бандиты попросту проверяют меня на вшивость: вызову спецуру или нет?
От долгой речи у господина лейтенанта пересохло в горле, и он залихватски прикончил остатки настойки на плавунцах. Нам же с Васей оставалось только облизываться, подобно жадным медвежатам, которым от головы сыра досталось лишь по крохотному кусочку. Отшвырнув пустую бутылку за диван (при теще-то он бы хрен так сделал!) Беклемишев устало проговорил:
