Нашёл я, кстати, и причину примитивности технологий детского парка развлечений. Меня это удивило изначально, так как мы имели возможность оценить технологии по масштабам последствий битвы в космосе. Увиденное тут как-то очень далеко от того уровня технологий. Всё оказалось относительно просто: этот парк создавала в качестве дипломного проекта группа молодых студентов, и они не могли себе позволить использовать современное оборудование. Студенты с трудом смогли уговорить руководство университета предоставить им шейпер пространства. Судя по всему, именно это устройство и позволяет увеличивать пространство до таких пределов. После увеличения объёма пространства много затрат для студентов занял синтез, собственно, самого континента. Я даже посмотрел толщину и лишь присвистнул: континент толщиной в двенадцать километров, были ещё горы пятикилометровой высоты. И вот осознать, что всё это создавалось лишь в рамках дипломного проекта группы перспективных студентов, как-то не по себе.
Хоть денег как таковых не было в их обществе уже довольно продолжительное время, был их аналог в количестве энергии, необходимой на синтез того или иного оборудования. Насколько я могу судить по переписке студентов с представителями властей планеты, им с трудом удалось добиться предоставления квоты на синтез целого континента со всеми полезными ископаемыми. Остатков выделенной для проекта квоты хватало лишь на синтез примитивного оборудования. Вот и пришлось использовать относительно примитивные технологии для обустройства континента. Сами студенты к двадцатому году создания вот этого всего великолепия были уже не рады, что ввязались в подобную авантюру, но поддержка частных лиц заставила их всё-таки закончить проект. Отсюда и старые скафандры, отсюда и примитивные флаеры. Они лишь немного превосходят аналоги Содружества из последних поколений. Всё это я узнал из переписки создателей этого парка развлечений. Конкретно на этой базе жил ответственный за тектонические процессы континента специалист, и он был, мягко говоря, очень недоволен студентами. Практически в каждой записи есть сетование на молодых недоумков, где в качестве примера и приводил эту переписку. Уже потом после запуска к его оснащению присоединилось государство, так как парк стал популярным. И как оставить в стороне успешный проект? Никак. Каждый день его посещало до миллиона детей, а одновременно на территории парка иногда находилось до десяти миллионов детей. Благодаря вмешательству в нём и появились вот такие штуки как база, на которой мы находимся, или база регулирования погоды. Изначально по всей территории парка были одинаковые погодные условия, да и многих эффектов не было. Собственно, те же контролируемые землетрясения и извержения вулканов появились после подключения к проекту государства, которое постепенно стало отодвигать в сторону уже бывших к тому моменту студентов. Большинство высокотехнологичного оборудования было установлено именно в тот период. Как мне кажется, тогда кто-то умный из правительства предусмотрел вероятность того, что на планету нападут, и заранее позаботился о создании огромного автономного убежища под видом парка развлечений, ведь изначально он не был предусмотрен на тысячи лет работы. Вот только на дополнительное оборудование, судя по всему, времени у государства уже не хватило.
Переписка обрывается на сообщении о том, что военные полностью берут управление парком на себя и собираются эвакуировать сюда часть населения. После ни одного нового сообщения, по крайней мере, в информационных данных этой базы.
— Выдвигаемся? – спросил я у Кхора после того, как мы провели небольшую разминку без скафандров.
— Пора бы уже. Не люблю находиться под землёй. Как представлю, что это всё может упасть на голову… Брррр, — передёрнулся он. – Даже в космосе себя лучше чувствую.
— Это не мешало тебе храпеть так, что мне пришлось отключать связь на время сна, – подколол я его.
– Ничего я не храплю, — возмутился Кхор. – Это особенности моего вида. Во время сна на спине периодически вырывается рычание.
– Знаю, — ударил я его в плечо. – Я нашёл, где запустить лифт. Вроде бы он работает. И выходить мы будем через другой тоннель.
– Это который ведёт вглубь леса? – Всего шесть выходов из этой базы, так что интерес Кхора был понятным.
— Да. Так мы выйдем подальше от псевдодракона. Они установили камеры и противопехотные мины вокруг того места. Нам ничего не будет, но лучше не нарываться.
– Согласен. Хотя можно было бы специально «подорваться» на мине, дождаться их появления и забрать себе флаер.
– Дружище, мне их откровенно жалко. Они не доберутся обратно без флаера. Между нами три больших племени одичалых, с которыми у них периодические стычки. Так что пусть сидят у себя на острове, – ответил я. Кхор недовольно поворчал, но принял мою точку зрения.
