Звёздный свет полностью

Глаза моего ара стали такими же огромными, как у Лайлы. Как бы я хотела, чтобы сестра была здесь. Мы с мамой договорились, что проведем вторую церемонию в гильдии, как только мне разрешат вернуться на Землю.

Apa сомкнул пальцы вокруг кольца.

– Не могу поверить, что ты это сделала, Звездный Свет.

Я не могла понять, тронут он или разгневан тем, что я не только действовала за его спиной, но и организовала всю церемонию, вплоть до обручальных колец. Да, ama вроде как тоже была в этом замешана… с прошлой недели.

Я сглотнула.

– Разве ты не хочешь жениться на ней, apa?

Тобиас повысил голос.

– Уверен, Селеста не будет возражать против того, чтобы продолжать жить во грехе.

Румянец очертил скулы отца, когда он направил на Тобиаса испепеляющий взгляд. Его друг лишь ухмыльнулся, и, хотя они с Адамом не имели общих ДНК, у них определенно одна и та же кривая ухмылка.

– Ты слишком хорошо меня знаешь, Тобиас. – Голос мамы разнесся над собранием, когда она приземлилась рядом со мной в струящемся белом платье, усеянном сияющими цветами Нирваны. Те же цветы Мими вплела в корону на локонах ama длиной до пояса, придавая ей неземной свет. Мама поцеловала меня в щеку и прошептала: – Кольца гениальны, Звездный Свет. Мы обязаны пустить их в дело.

Я покраснела от комплимента.

– Ты хочешь выйти за меня замуж, Селеста? – Лицо отца все еще покрывали красные пятна.

Она пожала плечами.

– Почему бы и нет?

Я ухмыльнулась.

А вот apa нет.

– Почему бы. И. Нет? – протянул он каждое слово. Каждую букву.

Мими схватила меня за руку и оттащила назад, сияя от гордости и радости, будто это ее собственный ребенок стоял под Жемчужной аркой, что в некотором смысле правда.

Ama протянула аметистовое перо, которое могло бы уместиться на двух ее пальцах.

– Мы вполне можем связать наши крылья, aheevaleh. Все уже здесь, и…

– Ты знала? – выпалил отец. – Вы все знали?

– Ну мы все здесь, Ашер. – Тобиас взмахнул рукой, обводя небольшую толпу. – Так что само собой разумеется, что мы знали.

Мира, приземлившись рядом с Тобиасом, издала звук, напоминавший хихиканье. Хихиканье? Мира? Даже Тобиас нахмурился, глядя на нее, отчего ее губы тут же сжались в тонкую линию.

– Сюрприз? – рискнул произнести Ноа, чем заслужил недоуменный взгляд моего отца. Смутившись, Ноа отступил, нечаянно придавив ногу Галины, которая стала грозиться посадить его на диету из птичьего корма.

– Он только лает, но не кусается, – шепнула Рейвен Ноа, эффективно успокоив его. Еще больше он успокоился, когда она переплела свои пальцы с его.

Эти двое уже некоторое время обхаживали друг друга, вечно играя в одной команде небесного фрисби и гуляя после того, как остальные уходили отдыхать. Бун уверен, что они переспали, но мы с Рейвен делились друг с другом абсолютно всем, так что я знала: этого еще не произошло.

В конце концов, куда спешить, когда ваши дни бесконечны?

– Ашер. – Ama обвила рукой шею apa, чтобы наклонить его лицо. – Ты женишься на мне, мой большой угрюмый мужчина?

Губы отца оставались каменными так долго, что я боялась, что он откажется. Но потом один уголок его рта изогнулся.

– Почему бы и нет?

Ama рассмеялась, а затем поцеловала его.

Дэниел цокнул.

– Сначала клятвы. Потом сможешь сделать из него своего святого грешника.

Apa фыркнул, но убрал руку мамы со своей шеи и сжал ее ладонь, прежде чем повернуться к Дэниелу.

Я свистнула, и подлетели два воробья. Я напела мелодию, которую они подхватили, а затем прилетели другие воробьи и дополнили ее еще больше.

После того как Дэниел благословил моих родителей, я добавила слова к гармонии, которую принес мой радужный крылатый хор. Слова посвящались мужчине и женщине с неистовыми душами и еще более неистовыми сердцами, которые перевернули Элизиум и Землю, чтобы подарить двум падшим ангелам второй шанс.

Когда моя песня закончилась и родители скрепили церемонию поцелуем, ко мне подошел Адам.

– Думаешь, мне стоит попросить у него твоей руки сегодня, Перышко? – Он провел по шелковистым цветам вдоль моей спины. – Кажется, Ашер в довольно веселом расположении духа.

– Возможно, но пусть так и останется, mon amour. Ради Селесты. Уверена, она бы предпочла, чтобы Ашер сегодня сосредоточился на ней, а не на тебе. – Мими подмигнула Адаму и слегка сжала мои пальцы, после чего скользнула к молодоженам, чтобы поздравить.

Фырканье Адама пронеслось сквозь обрамлявшие мое лицо пряди.

– Ладно. Я подожду.

– Посмотри на себя. Становишься таким терпеливым.

Он искоса взглянул на меня, и я усмехнулась.

– Я не говорил, что стану ждать долго. – Адам провел рукой по моему животу, поглаживая пульсирующую душу.

– Тебе так не терпится надеть на палец блестящее черное перо?

– Мне так не терпится присвоить тебя себе.

– Я уже твоя. – Я повернулась в его объятиях, чтобы обхватить щетинистый подбородок Адама и притянуть его лицо с изумрудными глазами к себе. – Всегда была и всегда буду. В каждой жизни, Адам.

Распахнувшись, его крылья обвились вокруг моих.

– Может, остановимся на этой, Перышко?