Как только Лорд Баал покинул кабинет, Синклер облегченно выдохнул, откинувшись на спинку стула. Несмотря на радушную улыбку и вежливое поведение, где-то глубоко в душе, подсознательно, гость вызывал ощущение угрозы и опасности. Нет, опыт говорил командующему станцией, что гоаулд действительно намерен до последней возможности не переходить к открытому конфликту, но тот же опыт обещал, что завтрашний день будет еще более тяжелым, чем сегодняшний. А уж для того, чтобы предсказать реакцию Лиги на заявление пришельца, пророком быть не обязательно. Раздавшийся сигнал вызова заставил его вздрогнуть, а взгляд на звонившего вызвал тяжелый вздох.
- Здравствуйте, посол Деленн… - постаравшись придать лицу радушное и вежливое выражение, ответил Синклер.
- Добрый вечер, командор, надеюсь, я вас не слишком побеспокоила?
- Нисколько, посол, - как мог радушно улыбнулся Синклер, - вы что-то хотели?
- Командор Синклер, мне стало известно, что около станции появился корабль новой неизвестной расы. Это так?
- Да, посол, это так…
- Говорят, что корабль огромный. Он военный? Что это за раса? Откуда она?...
- Посол... Посол! Я знаю не на много больше вашего. У нас с Лордом Баалом была короткая беседа, в ходе которой он высказал пожелание выступить перед Советом «Вавилона-5» с заявлением от своего народа. Полагаю, там мы и узнаем все более подробно, - Синклер помолчал. – А насчет корабля – мы не знаем. Корабль действительно большой, больше двух километров в диаметре, но это все, что мы знаем достоверно – наши сканеры не смогли получить никакой информации, кроме помех.
- Хорошо, спасибо командор, - на лице Деленн на мгновение проступила озабоченность пополам с глубокой задумчивостью, - надеюсь, завтра все станет яснее.
- Доброй ночи, посол…
- Доброй ночи…
Закончив разговор, Синклер встал из-за стола и решил, от греха подальше, не оставаться больше в кабинете. Наверняка, не одна минбарка узнала про гостя, а Синклеру совершенно не улыбалось быть тем, кто первый донесёт до Совета «уведомление» Баала. А ведь его будут спрашивать...
- Командор Синклер! – Джефри невольно поднял взгляд к потолку, глубоко вздыхая. Вот и началось... Не успел он даже дойти до поворота, как услышал до боли знакомый голос. Голос, хозяина которого он пытался посадить за стол переговоров весь сегодняшний день. – Командор, подождите!
- Что вам, Лондо? – устало ответил он. – Вы превратили важные переговоры в фарс, не знаю уж, что у вас за дела...
- А я знаю! – прервал его центаврианин. – Я потерял голову из-за смазливой мордашки. Синклер, умоляю вас, помогите мне!
- О чём вы? – безумие сегодняшнего дня продолжалось и, похоже, заканчиваться пока и не думало.
- Одира… Она меня обворовала! Под угрозой устои Республики Центавра! Гибнет моя карьера! – в голосе Лондо чувствовалось неприкрытое отчаяние. Похоже девушка действительно много для него значила, и потому её поступок так ударил по нему. Облегченно выдохнув, что его не будут второй раз расспрашивать насчет Баала, командор переключился на новую задачу.
- Служба безопасности в курсе?
- Нет! – почти испуганно отшатнулся посол. – Делу нельзя давать официальный ход! Нужна крайняя осторожность! Только вы, Синклер, мой верный друг, в силах помочь… - последние слова вызвали у командора лёгкий нервный тик, подавленный с огромным трудом.
- Если я помогу вам, - осторожно начал командор, - вы пойдете на компромисс в Евфратском договоре?
- Я… - обречённо выдохнул Моллари, кивая, - Я даже скреплю его поцелуем!
- Вот Г'Кар-то обрадуется… - покачал головой Синклер. – Хорошо, Лондо… Я помогу.
- Вы не представляете, что для меня делаете, Синклер! Спасибо огромное!
Командор дёрнул щекой, пропуская Лондо вперед себя обратно в кабинет. Похоже, выспаться ему сегодня не светило.
- Да, командор… - на ходу обернулся воспрявший духом посол. – Я слышал о каком-то новом после? Это его корабль сейчас висит около «Вавилона»?
- За что мне это…
Конец интерлюдии.
Бытность репликатором накладывала определённые особенности на многие бытовые мелочи. Например, мне абсолютно не требовался сон. Нет, можно было его имитировать – «отключить интерфейсы получения информации», но мало того, что это было всего лишь пародией, так я всё равно продолжал даже в таком состоянии пассивно обрабатывать кучу информации, анализировать имеющиеся данные. Не считать же это снами?
Да даже использовать ночное время для планирования дальнейших действий и вырабатывания их оптимального набора было глупо – младшие вовсю размножались, поглощая ресурсы облюбованной мной системы, а мои вычислительные мощности и так достигли настолько большой величины, что сложнее было придумать, куда их применить. Даже не задумываясь, не замечая этого осознанно, я постоянно анализировал и обрабатывал имеющиеся сведения. Даже как-то обидно стало – большая часть «интеллектуальных возможностей» оставалась практически невостребованной.
