В слове «инженЕр» мы ошибку не совершаем, но как только количество представителей этой профессии увеличивается, мы выдаем сакраментальное «инженерА», правильно — инженЕры. Ударение падежных окончаний данного существительного часто тоже бывает неправильным: «Позовите инженерОв», хотя, нужно звать инженЕров.
Фразу «с незапамятных времен» можно сказать одним словом — Искони, но не «искОни».
Мало кто сейчас скажет «индУстрия», но на всякий случай запомним правильный вариант — индустрия.
Самый простой и приятный для нас следующий пример. Цветок — это Ирис, конфетка — это ирИс. И красивое и сладкое в одном слове, такое сложно забыть.
Со словом «искра» не все так просто, как с предыдущим. Один поэт сказал: «Из Искры возгорится пламя». А вариант искрА имеет узко профессиональное значение, оно используется для обозначения явления, известного автомобилистам. Например, «искрА ушла в землю», — говорит водитель, чей автомобиль не заводится. Но напиток, как правило, называют искрИстый, несмотря на то, что в некоторых словарях считается равноправным вариант «Искристый».
Выражение «работать Исполу» — значит отдавать половину урожая собственнику земли. Досадно, но что делать, если по-другому не получается.
Одним из тех, кому больше всего досталось от народной речи, является слово «испить», ведь самое сложное в нем — это образование его формы будущего времени: я изопьЮ, ты изопьЕшь, она изопьЕт, а не «испью», «испьешь», «испьет» и т. д. Но мы говорим правильно: испить до дна, испей эту чашу.
Природные или физические ресурсы можно только исчЕрпать. Хотя, когда это случится, место ударения в этом слове будет неактуально.
Еще одно слово, которое следует выбросить из своего лексикона, — «карабИнер» или «карабинЁр», кто что употреблял. Заменим его правильным словом карабинЕр, что значит — жандарм в Италии или солдат в армиях стран Западной Европы и России до середины XIX века, вооруженный карабином.
Закрепим еще одно слово: каталОг, не «катАлог», второй вариант украшает корону безграмотности.
Разбирая следующее слово, вы почувствуете настоящий катарсис. В переводе с греческого языка катарсис — очищение, как правило, нравственное, эмоциональное. Допускается два варианта ударения кАтарсис —
Мало кто говорит «кАучуковые деревья», но часто можно услышать слово «кАучук» — это неправильное произношение, нужно говорить — каучУк.
Можно кАшлять, видеть, как кто-то кАшляет, а можно кАшлянуть, но ни в коем случае не «кашлянУть».
В детстве редкая бабушка не кормила внуков манной кАшицей, уменьшительное от «кАша», а вот полужидкая вязкая масса, например, глиняная, называется кашИца.
Из собрания прекрасных ошибок извлекаем «квартал». Данное слово имеет два основных значения: 1. Пространственное значение — часть города, ограниченная пересекающимися улицами. 2. Временное значение — одна четвертая часть года. Но в обоих случаях слово произносится квартАл, даже если вас начнут бить бухгАлтеры (не бухгалтерА) и доказывать, что во втором случае нужно говорить «квАртал».
Если белка любит орех, то непременно — кедрОвый, а не кЕдровый.
Пожалуй, эра киборгов наступит, если мы это слово будем произносить как «кибОрг», оно пришло из английского языка, где ударение приходится на первый слог, и произносить его нужно кИборг.
В слове «кинза» допустима постановка ударения на каждый из двух слогов кИнза и кинзА. Чаще употребляют в разговоре второй вариант.
Слово кИноварь не проверяется русским словом «варить», поскольку пришло из греческого языка, и если кто-то называет красноватый минерал и краску, получаемую из него, «киновАрь», знайте, он ошибается. Только кИноварь.
Привет от кИрзовых сапог тем, кто служил в армии. Иногда это чудо сурового неизвестного модельера обзывают кирзОвыми.
Говоря об инструменте для рыхления земли, говорите киркА, но если вы рассказываете о лютеранской церкви, произносите кИрка.
Ценное, вкусное или ненужное хранит наша кладовАя, а не кладОвая.
Возникает ряд трудностей, когда необходимо произнести формы слова «клясть», звучат они так: клялА, клялО, клЯли, но форма клялИ тоже допустима.
В одном отечественном детективе судмедэкспЕрт (запоминаем) сказал о пострадавшем: «Да он тут возле раковины свои клЕшни мыл». Но мы, отправившись на поиски орфографической истины, знаем, что правильно вся цепочка звучит так: клешнЯ, клешнИ, клешнЯми.
Головной убор православных монахов в виде высокой цилиндрической шапки с покрывалом называется клобУк.
Тулуп из овчины и оболочка для предохранения механизма, или его частей от повреждения, называется кожУх, но не «кОжух». Хотя, бесспорно, второй вариант встречается в речи чаще.
