Среди философских рассуждений о смысле жизни трудно уловить суть предмета. Здесь явно прослеживается нить исканий, которая постепенно превращается в поиски своего пути в этой жизни. Постепенно автор начинает понимать, что эта извилистая дорога, как это часто бывает, - есть путь к Богу. Почему нужно жить так убого? Все на свете измерить рублём. Уходить от людей и от Бога, Чтоб узнать, что спасенье лишь в Нем . Свою путеводную нить никогда не поздно найти, а неудачи в этих поисках только закаляют человека.
Мне ни к чему гаданье слепой жрицы.
Свой гороскоп я знаю наперед.
Здесь Водолей чернила льет и льет
На белизну нетронутой страницы.
Подбитых птиц разрозненные перья,
Засаленных монет немая горсть,
Овцы худой лопаточная кость,-
Всё создает народные поверья.
Присутствовать должны неповторимо
В моменте каждом – смысл или мотив.
Так почему же строг и молчалив
Тот, перед кем мы все проходим мимо?
Страдания – дорога к искупленью.
Гадать же – грех! Так завещал Господь.
Но только так возможно возрожденье
Души моей. Мертва без духа плоть.
2012
Мы стоим на пороге, где вечность
Приоткрыла нам дверь вдалеке.
В пирамидах видна безупречность.
Сфинкс под ними зарылся в песке.
Не старайся узнать его тайны.
Время правды еще не пришло.
Может быть, мы здесь просто случайно
Или мало воды утекло.
Через бури, и счастье, и горе
Мы идем к нашей давней мечте,
Где сплетаются в четком узоре
Звезды на густо-черном холсте.
Подожди, не протягивай руки.
Эти звезды погасли давно.
Может, наши далекие внуки
Их коснутся, что нам не дано.
Осыпаются с розы устало
Лепестки на простую тетрадь.
Слишком время прошло еще мало
Для того, чтобы тайны все знать.
2009
Почему-то ось земная
Отвернулась от меня.
Я грядущего не знаю
И не вижу красок дня.
Всё вдруг стало черно-белым,
Ветер сильный, дождь косой.
Не могу заняться делом,
Весь больной, небритый, злой.
Непонятно в чем же дело.
Где искать причины суть.
На измученное тело
Вдруг легла седая муть.
И кивает ангел падший
В фиолетовом дыму:
"Пил ты жизнь из полной чаши,
Не молился никому.
Не привычный ждать и верить,
В своей пасмурной тюрьме,
Не хотел открыть ты двери
И прислушаться ко мне;
И пошел не той дорогой,
Сбился с верного пути,
Не искал прозренья, Бога,
Рвал весенние цветы.
И теперь душа измята,
Безучастна, счастья нет.
Что ж молчишь ты виновато?
Верь, молись и жди ответ".
2010
"Нас ждет не смерть, а новая среда".
И, навсегда покинув мир привычный,
Мы сунемся с проблемами туда,
Где из окна не виден дым фабричный.
Там не было и окон никогда.
Проблемы – вздор, но как же нам без них?
Они наш рок и повод для волненья.
Не может раб быть без оков своих,
Как и луна не может без горенья,
Когда на море шторм уже затих.
И вижу я: нагруженный ишак
Пытается пролезть в изгибы щели.
Он весь вспотел, но не попасть никак.
Хотя там нет ни пота, ни метели,
Ни песен, свадеб, водки, пьяных драк.
Тут нужен слов особенный подход.
Как описать, что есть необъяснимо?
Понять легко, но труден перевод.
И все слова летят не в цель, а мимо,
Попутно протыкая небосвод.
Начнем сначала: мир загробный есть
И все об этом знают распрекрасно.
Но до сих пор никто благую весть
Нам не принес оттуда беспристрастно,
Хотя и душ опальных там не счесть.
И в этом вся особенность среды.
Тот мир загадка, так как он духовен.
Но нам, среди проклятий и вражды,
Разврата, зла и криков – "он виновен",
Огни духовности пока чужды.
2012
Ведь только люди говорят,
Что в этой жизни нету счастья.
А годы птицами летят.
И все мы слуги чьей-то власти.
Кто служит длинному рублю,
А кто покорен узкой юбке,
Кто губит молодость свою
В стакане или просто в рюмке.
Мы все рабы, – рабы вещей,
Обречены дышать враждою.
И плесень, гниль с души своей
Слезами я уже не смою.
И всё нам кажется порой,
Что мы свободны от желаний.
Какой же страшною ценой
Мы подошли к последней грани…
Мой век духовной слепоты
Прости бездумных и заблудших,
Позволь нам веру обрести,
Вдохни смиренье в наши души.
2009
Как страшно жить порой среди людей,
которым всё на свете безразлично.
Им кажется, что всё у нас отлично.
Среди глупцов, невежд и торгашей
похожа жизнь на сказочный мираж,
что манит нас в песках немой пустыни.
Рукой умелой созданный пейзаж
манит соблазнами. Смотри, – слепыми
мы идем, не поднимая головы.
Но где ж оазис с пальмами? Увы…
2009
Был день, как день. В открытые глаза
Ломилась грубо жизнь с окраской серой.
И понял я, что дальше так нельзя –
Жить без любви, без прошлого, без веры.
И стал искать, куда бы мне пойти,
Кому открыть души моей сиротство,
И груз грехов на пройденном пути,
И с миром этим горькое несходство.
Но все вокруг глядели грустно вслед,
Не выражая явно интереса.
А что сказать, – ведь счастья в жизни нет,
Как в пепле нет ни радости, ни веса.
Так день прошел – один из многих дней
Бессмысленных и сердцу непонятных,
Без радости, успехов и гостей,
Весь в пролетевших мутно-черных пятнах.
В лампадке медной теплится огонь
И смотрит Он печально и сурово.
Ведь подают в открытую ладонь,
Когда найдешь ты правильное слово.
2010
"Бессонница… Тугие паруса…"
Я этот стих прочел до середины.
Что делать мне с безлюдностью равнины,
Когда звучат незримо голоса?
Спокойны мысли, плещется вода
И корабли, как статуи, застыли.
А вдалеке, за легкой дымкой пыли,
Уходят вдаль Приамовы стада.
Елена здесь, – любимая жена.
И пахнет краской, а на окнах шторы.
Но потемнели на закате горы.
Обманчивы туман и тишина.
Не так уж неприступны рубежи, –
Холодный ветер прошептал невнятно.
Ведь утром здесь, откуда – непонятно,
