Болела моя детская душа:Я утопила в море голыша,Случайно утопила в бурном море.Насмарку лето. Ведь такое горе.Купили паровозик заводной,Но нужен был единственный, роднойГолыш – нелепый бантик на макушке.А жизнь, как оказалось, не игрушки.<p>А круг, на котором я плавала, быстро спустил…</p>А круг, на котором я плавала, быстро спустил.Мне лет было мало. Я плавать совсем не умела,А мама не видела, мама на солнышке млела,А я всё барахталась и выбивалась из сил,Пока не нащупала пальчиком правой ногиСпасительный камень в одёжке из скользкого ила.…Никак не пойму я, что в жизни случайностью было,Что Божьим ответом на сдавленный крик: «Помоги!»<p>А тогда, на начальном этапе…</p>А тогда, на начальном этапе,Рисовала я солнце на папе,А вернее, на снимке его.Я не знала о нем ничего.Лишь одно: его мина убила.И так сильно я папу любила,Рисовала на нем без конца.Вышло солнышко вместо лица.<p>То облава, то потрава…</p>То облава, то потрава.Выжил только третий справа.Фотография стара.A на ней юнцов орава.Довоенная пора.Что ни имя, что ни дата —Тень войны и каземата,Каземата и войны.Время тяжко виновато,Что карало без вины,Приговаривая к нетям.Хорошо быть справа третьим,Пережившим этот бред.Но и он так смят столетьем,Что живого места нет.<p>Кнутом и пряником. Кнутом…</p>Кнутом и пряником. КнутомИ сладким пряником потом.Кнутом и сдобною ватрушкой…А ежели кнутом и сушкой,Кнутом и корочкой сухой?Но вариант совсем плохой,Когда судьба по твари кроткой —Кнутом и плёткой, плёткой, плёткой.<p>Жить сладко и мучительно…</p>Жить сладко и мучительно,И крайне поучительно.Взгляни на образец.У века исключительноНапористый резец,Которым он обтачивал,Врезался и вколачивал,Врубался и долбил,Живую кровь выкачивал,Живую душу пил.<p>А лучшие из лучших полегли…</p>А лучшие из лучших полегли.Причём не сами. Им здесь помогли.Им в сих краях охотно помогают.Здесь лучших ни за что не проморгают.На лучших у России острый нюх,Не переносит Родина на духОсобо одарённых, окрылённых,Неведомо за что в неё влюблённых,И, не желая с ними вместе жить,Торопится на месте уложить.<p>И в черные годы блестели снега…</p>
Тамаре Петкевич и её книге «Жизнь – сапожок непарный»
И в черные годы блестели снега,И в черные годы пестрели луга,И птицы весенние пели,И вешние страсти кипели.Когда под конвоем невинных вели,Деревья вишневые нежно цвели,Качались озерные водыВ те черные, черные годы.<p>Россия, ты же не даешь себя любить…</p>
