А потом пришел Тимур, и по его лицу было абсолютно непонятно: эта музыка – просто случайный трек или нечто большее? Кристина решила выбрать первое, потому что так спокойнее, легче. Но знала, что вечером, вооружившись банкой йогурта и забравшись с ногами в бабушкино вольтеровское кресло, она будет вспоминать эту мелодию и ее название.
Тимур же, как ни в чем не бывало, подсел к ее столу на любимое место Щедрого и положил перед ней листок бумаги.
– Я пообщался со своим знакомым насчет платежа в пятьсот тысяч, поступившего на счет Виктории Александровны от Соколовой Александры Сергеевны.
– Да, – кивнула Кристина, с трудом возвращая мысли в рабочее русло.
– Удалось выяснить, что счет этот был открыт в тот же день, когда был осуществлен перевод, то есть двадцать третьего июня. При открытии счета на него был внесен один миллион рублей, а затем полмиллиона переведено на счет Ермолаевой. К счету привязана пластиковая карта. До сегодняшнего дня больше никаких движений по счету не было. Мой знакомый пообещал взять счет под свой контроль, и как только Александра Соколова решит расплатиться картой или снять деньги в банкомате, мы сразу об этом узнаем.
– Спасибо, Тимур, – сказала Кристина, вкладывая в эти слова немного больше, чем дежурную благодарность.
– Тимур Михайлович, – вмешался в разговор программист, – вы считаете, что эта Соколова Александра Сергеевна и есть Кира Ермолаева?
– Есть такая мысль, – отозвался Тимур. – Надеюсь, ты поможешь проверить.
– Да, мон женераль! – по-военному козырнул Федор.
– К пустой голове руку не прикладывают, – прозвучал голос Рыбака, который в этот самый момент вернулся с Асей от Щедрого и не преминул ущучить программиста.
Лебедев вытаращил глаза, раздумывая, как бы подостойней парировать обидные слова Рыбака, но тут Кристина примиряюще сказала:
– Женераль у нас сейчас ты.
По радостному блеску Асиных глаз без слов было ясно – им удалось достать записи с камер видеонаблюдения. Похоже, Щедрый был сейчас рад любой помощи.
– Тут записи за два дня, – сказал Иван, вручая флешку Федору. – Что собираешься делать?
– Сейчас запущу программку, и, надеюсь, к утру будет результат.
Рыбак скептически усмехнулся.
– Что-то нет у меня доверия к твоей технике. А вдруг она не распознает? Мы с Асей Щедрому поклялись, что результат непременно будет.
– Иван Станиславович! – вспылил Лебедев.
– Тише, тише, – примиряюще выставила перед собой ладони Кристина. – Предлагаю такой вариант: Федор каждому делает копии, делим записи на четверых, и каждый просматривает свой отрезок времени.
– А четверо – это кто? – поинтересовался Федор.
– Ася, Иван, Тимур и я, – пояснила Кристина.
– А я? – возмущению Лебедева не было предела.
– Подожди, ты же будешь искать с помощью программы! – возразила Кристина.
– Моя программа в помощи не нуждается! Я вполне могу просматривать записи параллельно с ней.
– Отлично, – улыбнулась Кристина. – Тогда работаем.
Через четыре часа бесполезных поисков она предложила сделать перерыв. Федора, как самого быстрого, отправили в круглосуточный супермаркет за едой, Тимур сварил свой фирменный кофе, Ася с Кристиной сообразили бутерброды из принесенных Лебедевым продуктов.
– К следующему перерыву закажем пиццу, – проворчал он, нагрузив на ломтик батона здоровенный шмат колбасы и накрыв это сооружение листом салата.
Но следующего раза не случилось. Как только, покончив с едой, команда «Кайроса» вернулась к работе, Ася вдруг удивленно произнесла:
– Кажется, у меня что-то есть.
Все, мигом оставив просмотр изрядно надоевшего кино, окружили ее стол.
На остановленном кадре действительно была Луиза – в жилетке с эмблемой службы доставки, бейсболке, скрывающей верхнюю часть лица, и с большой сумкой в руках.
– Звони Щедрому, – скомандовал Иван.
Кристина с сомнением посмотрела на часы – половина третьего.
– Звони, – подтвердил Тимур.
Кира сидела за столиком в маленьком кафе, которое находилось как раз на середине пути от дома до моря. И если дома отсюда видно не было, то море – вот оно, бирюзово-синее, искрящееся от растекшегося по его поверхности солнца и слепящее глаза. Вот уже скоро два месяца, как они живут в этом благословенном крае, а Кире до сих пор не верится, что это не сон.
Казалось, сейчас она проснется и снова увидит перед собой составленный Негодой список дел, которые нужно уладить перед отъездом. Как же она тогда испугалась – ей за всю жизнь столько всего не переделать. Но оказалось, что список этот Негода оставил скорее для себя. Вскоре все закрутилось-завертелось, и Кира только успевала отмечать галочками выполненные пункты.
Еще до выписки из больницы Бронислав Федорович свозил Киру в гостиницу, где жила Александра Соколова и где в камере хранения дожидались пропавшую хозяйку ее вещи. Нисколько не колеблясь, администратор выдал Кире чемодан, в котором кроме вещей лежали документы: паспорт, диплом об окончании Росланского колледжа, карточка пенсионного страхования и медицинский полис.
– Отлично, теперь нужно подать заявление об утере паспорта, чем мы сейчас и займемся, – сказал Негода, рассматривая бумаги.
