М.Горький
Зыковы
СЦЕНЫ
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
З ы к о в, А н т и п а И в а н о в, лесопромышленник.
С о ф ь я, сестра его, вдова.
М и х а и л, сын.
Ц е л о в а н ь е в а, А н н а М а р к о в н а, мещанка.
П а в л а, дочь её.
М у р а т о в, лесничий.
Х е в е р н, компаньон Зыкова.
Ш о х и н.
Т а р а к а н о в.
С т ё п к а, девчонка-подросток.
П а л а г е я.
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
У Целованьевых. В скучной комнате небогатого мещанского дома посредине приготовлен стол для чая, у стены между дверью в кухню и в комнату Анны Марковны другой стол с вином и закусками. Направо у стены маленькая фисгармония, на ней рамки с фотографиями, засушенные цветы в двух вазах; на стене много открыток и акварель: П а в л а в костюме монастырской клирошанки. Два окна на улицу, в палисадник. Ц е л о в а н ь е в а, чистенькая, гладкая женщина за сорок, - у чайного стола; она заметно взволнована, часто смотрит в окна, прислушивается, ненужно передвигает чашки. С о ф ь я задумчиво ходит по комнате, в зубах - погасшая папироса.
Ц е л о в а н ь е в а (вздыхая). Загулялись...
С о ф ь я (взглянув на часы в браслете). Да...
Ц е л о в а н ь е в а. А что же это вы, Софья Ивановна, замуж не выходите?
С о ф ь я. Человека нет по душе. Найдётся - выйду.
Ц е л о в а н ь е в а. В глухом нашем месте - мало интересных мужчин...
С о ф ь я. Интересные-то нашлись бы! Серьёзного человека трудно встретить...
Ц е л о в а н ь е в а. У вас у самой, извините, характер серьёзный, вроде бы - мужской; вам бы взять мужчину тихого...
С о ф ь я (нехотя). А на что он, тихий? Мышей ловить?
(Целованьева смущённо улыбается, видно, что ей неловко с этой женщиной, она не знает, о чём беседовать с нею.)
С о ф ь я (хмурясь, спрятав руки за спину, исподлобья смотрит на неё). Кто это, скажите, пустил про Пашу слух... что она - блаженненькая?
Ц е л о в а н ь е в а (торопливо, негромко, оглядываясь). А это всё покойник муж... ну, и я тоже поддерживала, чтобы не очень интересовались люди. Пашенька всегда была прямая такая, что думает, то и говорит, - кому это может нравиться? Ну, вот... а он, муж-то, подозрение имел, что Паша не его дочь...
С о ф ь я. Разве?
Ц е л о в а н ь е в а. Как же! Это ведь всем известно; он, бывало, выпимши, везде кричит... Ревновал он меня к одному... сектант был тут...
С о ф ь я. Отец Шохина?
Ц е л о в а н ь е в а. Вот и вы знаете.
С о ф ь я. Без связи с вашим именем. Просто знаю - был сектант, человек гонимый.
Ц е л о в а н ь е в а (вздыхая). Ну, уж где, чать, без связи! (Тихонько.) Гонимый... (Быстро взглянув на Софью.) Он, покойник...
С о ф ь я. Шохин?
Ц е л о в а н ь е в а. Муженёк мой... Он, бывало, глядит-глядит на неё, да вдруг и зарычит: "Не моя дочь! Я - человек подлый, ты - это я баба глупая, - не моя это дочь!"
С о ф ь я. Кривлялся немножко?
Ц е л о в а н ь е в а. Бог его знает...
С о ф ь я. Бил вас?
Ц е л о в а н ь е в а. Уж конечно! Да я - что? А за Пашу очень боязно было. Ведь это я кое-как обошла его, в монастырь-то спрятала её, Пашу... Ведь у меня, кроме её, никаких надежд...
П а л а г е я (в двери из кухни). Идут!
Ц е л о в а н ь е в а. Ой, что ты, бес, пугаешь! Недруги, что ли, идут? Чего тебе?
П а л а г е я. Нести самовар?
Ц е л о в а н ь е в а. Скажут, когда надо. Ступай!
М и х а и л (чуть-чуть выпивши, разморён жарой, на безбородом лице усталая улыбка). Ты что, баба, заткнула дверь? Убери свои окрестности.
(Ущипнул её - Палагея ахнула. Михаил смеётся всхлипывающим смехом; Целованьева обиженно поджала губы; Софья около фисгармонии, нахмурясь, смотрит на племянника.)
М и х а и л (идя к столу). Жарко, наречённая мамаша!
Ц е л о в а н ь е в а (бормочет). Ну - где же ещё... какая же мамаша? (Громко.) Палагея у нас придурковата...
М и х а и л. Кто?
Ц е л о в а н ь е в а. Женщина эта.
М и х а и л. Ага! Только она, одна? Это я запомню.
(Идёт к столу с закусками. Софья пробует фисгармонию в басах.)
Ц е л о в а н ь е в а (беспокойно). Зачем же запоминать?
С о ф ь я. Он шутит, Анна Марковна.
Ц е л о в а н ь е в а. Ох, плохо я понимаю эти шутки...
П а л а г е я (из кухни). Мужик верхом приехал...
С о ф ь я. Это - Шохин. Анна Марковна - это ко мне...
Ш о х и н (в двери). Шохин пришёл.
С о ф ь я (строго). Я бы вышла к тебе, Яков!
Ш о х и н (кланяясь). Ничего! Доброго здоровья.
Ц е л о в а н ь е в а (отходит к окну). Вы не стесняйтесь...
С о ф ь я (Шохину). Ну, что?
Ш о х и н. Велел сказать, что напишет письмо.
С о ф ь я. Больше ничего?
Ш о х и н. Ничего.
С о ф ь я. Спасибо.
(Записывает что-то в книжечку на поясе. Михаил, подмигивая на Анну Марковну, наливает Шохину стакан водки; тот, украдкой, выпивает, морщится.)
М и х а и л. Отчего ты, Яков, всегда такой угрюмый?
Ш о х и н. Жалованья мало получаю. Софья Ивановна, у меня к тебе слово есть.
С о ф ь я. Что такое?
Ш о х и н (подходя). Лесничий этот вчера говорил машинисту нашему, что-де всех нас, за наше хозяйство, под суд сажать надо, дескать, от нас реки мелеют и вся земля портится...
С о ф ь я. Ну, - иди...
М и х а и л. Иди, раб!
Ц е л о в а н ь е в а. Это он про лесничего говорил?
С о ф ь я. Да.
