— Мы можем обеспечить встречу с одним до начала битвы. Это послужит цели. Когда Люмен, — впервые он назвал его по имени, — предстанет во главе нашего войска, это вызовет смятение и расстроит их ряды. Если всё будет так, как ты говоришь, к нам перейдёт часть Легиона.
Шеол напрягся. Стоящий рядом Вельзеор ощутил это напряжение, к счастью, тот промолчал.
— Мы пойдём к Чертогу. — На этот раз голос Шеола звучал ровно.
— Нет, — Люмен удержался от дальнейших пояснений.
— То есть, они сами выйдут?
— Именно.
— Хорошо, — Вельзеор упёрся руками в стол, некоторое время обдумывая услышанное.
Забрать некогда любимого сына Императора. Тогда он ещё не понимал в полной мере, чем это может обернуться. Знала ли сама Кайла, какое тот имеем влияние в Чертоге? Безусловно.
Теперь это известно всем. Уже разносится по миру скорбная песнь о предательстве и падении. Только ещё не дошла до крайних земель. Ещё не звучит в отзвуках барабанов и ритме монотонного напева.
Кайла уже отослала с вестью гонцов и передала сообщения по коммуникаторам. Династии уже предупреждены о скором выступлении. В трюмах кораблей начнут перевозить войска и оружие. Наступление готовится.
Шеол передёрнулся, он был нестабилен и ненадёжен сей час. И оттого опасен сам себе. Но равного ему в тактике и битве Вельзеор не знал.
Последние предложения были высказаны под лай собак за шатром. Когда все начали выходить, Кайла движением руки подозвала к себе художника. Кроме неё здесь остался Люмен. Енор оглядел обоих, как будто ожидал чего угодно и вмиг сделался бледнее.
Люмен подумал, насколько сейчас оба они смотрятся устрашающе, порождения Императора. Даже при тусклом свете можно заметить схожесть черт, выражения глаз.
Тогда взгляд художника изменился, и Люмен сразу заметил это изменение и увидел уже отражение образа в глазах того. Как бы они выглядели на полотне. Енор теперь видел вспышки красок и линий. Видела это в нём и Кайла и тогда заговорила плавно изгибая слова.
— Как тебе нравится наш план?
От этого Енор явно пришёл в замешательство и нашёлся с ответом не сразу.
— Разве мне судить о подобных вещах?
— Я спрашиваю у тебя, значит тебе, — отрезала Кайла. Говорила она всё так же ровно, однако художник разом собрался и высказался:
— Масштабно. — И вдохнул шумно. — Это будет так… грандиозно.
— Прекрасно, именно за этим я и позвала тебя.
Енор поднял взгляд на Кайлу. Брови сошлись на переносице.
— Простите?
— Ты увековечишь то, что увидишь, — на этот раз он посмотрел на Люмена, но тот стоял и всё так же молчал. — Ты должен увидеть всё и воплотить образ в реальность. Материалы и место работы я тебе предоставлю.
— Но что же мне написать?
— Всё, что захочешь.
На мгновение стало очень тихо.
— На этот раз ничто не пройдёт незаметно.
Сказанное прозвучало как угроза. Енор поклонился уходя, и получил щедрую улыбку Кайлы. Когда полог за ним опустился. Та повернулась к Люмену. Спросила глазами.
— Династии начнут поставлять войска даже без веской базы? — тот предпочёл спросить в ответ.
— Приказ отдаю я, а мне они повинуются. Другого выхода у них и нет. Или поднимутся сейчас, или останутся под крепкой дланью Небесного Чертога на веки вечные.
— Хочешь остаться в памяти поколений, — он говорил о задании художнику.
— Я и так останусь в памяти поколений, — ответила Кайла. — Матерью проклятых, в крайнем случае. Царицей Хаоса, просто страшилкой на ночь детишкам. Я оставлю такой след, что ничто не сможет стереть его с мира. Пусть знают, что мы за что-то боролись, что существовали и отказались быть в рабстве. Ты видел остатки пещер еретиков, те почти истлели. Никто не знает об их существовании. Всё позабыто и позаброшено. — Кайла смотрела как всегда выжидающе. — Ты выйдешь против тех, кого называл братьями. Каково это?
— Ещё не знаю.
Было похоже, что ответ её удивил.
— А как это, падать?
— Попробуй, лучше один раз сделать, не так ли.
— Я не упаду. — Ответила Кайла со смехом. — Хотя, ты ведь так же думал. Что скажешь о них?
— Каждый пойдёт до конца.
Она промолчала удовлетворённая ответом. А потом добавила:
— Так и поступают те, кому нечего терять, — слова прозвучали со вторым дном и Люмен прекрасно уловил их потаённый смысл.
— В самом деле?
— Обидно?
Тот демонстративно наклонил голову.
— Разве нет, изгнали из милого, единственного дома, причём родные же братья.
Люмен напрягся, Кайла ответила произошедшее изменение.
— Не легионер больше, не человек. Тебе бывает интересно, что ты такое сейчас?
— Не знаю, — метод она оценила, атаковать искренностью удачный ход.
Он пытается развлекаться, своеобразная защита — пародировать жизнь. И такая же глупая по своей сути. В конце концов, исход будет одним и тем же.
— Как только вы нападёте, я уйду.
— Не сразу. — Поправила Люмена Кайла. — Отправишь войско в атаку. Жаль не сможешь остаться на само действо.
— У меня не будет времени.
— Знаю, и всё же, как это выйдет прекрасно.
Люмен остановился и тут же вышел, за шатром мороз ударив лицо и тяжело дыша, он пошёл прочь. Кайла расхохоталась. Он ещё слышал её смех, но уже не видел, как та разом затихла вмиг сделавшись иной.