Киевлянка Валентина С., угнанная в Германию вместе с сестрой в апреле 1942 г., так описывает унизительную процедуру медицинского обследования и санитарной обработки: «Привезли нас в Люблин. Там, значит, нас согнали как скот в это... в баню. Сразу (...) начали чистить, чтобы не было грязи (показывает на себе, что брили покрытые волосами части тела) чтобы не было никаких сороконожек. Ну... и помылись. Помылись... Мужчины, женщины, девчата и старики - все вместе. Бабки начали плакать»415. Условия проведения дезинфекции и медицинского осмотра были таковы, что депортированные могли осознать: для будущих работодателей - они не люди. Испытанный стыд за свою наготу, а также чувство беззащитности оставили глубокую психическую травму особенно у женщин.
Последние иллюзии «восточных рабочих» в отношении своего положения в рейхе были развеяны на биржах труда в момент распределения по хозяйствам. У 13-летней Елены М. происходившее вызвало ассоциацию с рынком рабов: «Да, как скот. Приезжает... Приезжает какая-то семья, пройдет и пощупает, как у тебя руки... Работают или нет? Можешь ты что? Дохлых-то никто не хотел брать.. .»416. Тот факт, что немецкие крестьяне платили при этом на бирже труда деньги за работника, только подтверждал предположение депортированных: «За меня платили копейки. Ну, покупали, так сказать, работника. Ну, хозяева покупали... на производство...», - вспоминает Устина Ш.417 Украинец Иван К. подробно описывает отбор, которому он подвергся на бирже: «Подходит немец: «Встань!» - показывает, парень встает. «Закатай рукава!» - закатал. «Подними галоши!» - поднял. «Присядь!» - присел».418
Нацистские методы депортации и распределения рабочей силы способствовали складыванию у «восточных рабочих» представления о том, что их ожидает принудительный труд в агрессивной и враждебной по отношению к ним среде. Однако после распределения по хозяйствам депортированные граждане Советского Союза попали в разные условия труда и содержания. Одни «восточные рабочие» были полностью интегрированы в немецкие семьи, другие испытали унизительное обращение и находились в условиях содержания, сравнимых с лагерными.
Законодательной основой осуществления национал-социалистами политики дискриминации «восточных рабочих» являлся комплекс правовых норм, включавший «Постановления об условиях использования «восточных рабочих» от 10 июля 1942 г.419 Созданное национал-социалистами законодательство ограничивало права «восточных рабочих» практически во всех сферах жизни: при оплате труда, страховании, оказании медицинской помощи, праве на свободу перемещения и почтового сообщения. Кроме того, незащищенность депортированных в рейх советских граждан особенно ярко обнаруживалась в практике суда и карательных органов нацистской Германии. Хотя положение «восточных рабочих» в «третьем рейхе» и было определено нацистским законодательством, однако, в каждом конкретном случае условия жизни и труда «восточных рабочих» зависели от действительного выполнения работодателями существовавших предписаний. Ввиду обозначенного несоответствия условий труда и содержания «восточных рабочих» предписанным национал-социалистами нормам обращения с рабочей силой, необходимо подробнее остановиться на отдельных аспектах условий труда и содержания советских граждан в сельском хозяйстве, для того, чтобы выделить степень данного несоответствия и факторы его формировавшие.
Законодательно закрепленная строгая регламентация быта «восточных рабочих» должна была исключить всякую возможность их сопротивления хозяевам или какого-либо влияния на немецкое население. С этой же целью для гражданского населения, депортированного из Советского Союза, предписывалось закрытое размещение «казарменного типа», такое же, как и для советских военнопленных. Бараки для 20 и более человек были типичным местом размещения «восточных рабочих» в поместьях и крупных крестьянских хозяйствах. Чтобы обеспечить рабочими мелкие и средние хозяйства, испытывавшие в связи с набором в вермахт острый дефицит рабочей силы, были созданы специальные лагеря, постройку и содержание которых финансировали крестьянские общины420. К примеру, в Нижней Саксонии действовало правило, в соответствии с которым, если хозяйство не могло предоставить предписанное размещение и питание для «восточных рабочих», то последние размещались в лагере. Для покрытия расходов на содержание работников крестьяне должны были выплачивать лагерю от 15 до 45 рейхсмарок в день421. Часто для размещения рабочих команд использовались имевшиеся в деревне крупные помещения: залы сельских гостиниц и церковных общин, склады, гаражи, и даже бездействовавшие синагоги422.
