Софи ухватилась за его пальцы, и он тут же поднял ее на ноги и прижал к себе. Свободная же рука Гарета обвила ее талию.
– Увы, тут недостаточно места, чтобы вальсировать, – заметил он с улыбкой.
– Ммм… я слишком грязная, чтобы танцевать.
– Тогда – позже.
– Договорились, – кивнула Софи, стараясь не думать о том, как обнимал ее Тристан. Ох, в его объятиях она чувствовала себя совсем иной. И ей было ужасно тоскливо без него!
– Я пришел сообщить, что Фиск официально попросил руки Ребекки, – сказал Гарет.
Софи вырвалась из его объятий и взглянула ему в лицо.
– Что же ты ответил? – спросила она.
– Я дал согласие.
– Гарет, нет! – Внезапно ее тоска по Тристану превратилась в острую боль. Ведь Тристан помог бы ей справиться с Фиском! Он выслушал бы ее и все понял бы. А затем они вместе попытались бы избавиться от неприятностей.
Гарет нахмурился и проворчал:
– Брось, Софи. Я знаю, что ты недолюбливаешь Фиска, но ты ведь сама сказала, что Ребекка влюблена в него. А он уверяет, что их чувства взаимны. Разве есть лучший способ привести Фиска в семью, чем его женитьба на моей сестре?
– Я не желаю видеть Уильяма Фиска в нашей семье! – заявила Софи.
– Дорогая, но почему? Он ведь вернул мне мою прежнюю жизнь. Вернул мне тебя. Полагаю, я должен достойно его отблагодарить.
– Вне всякого сомнения, он тоже так считает, – пробурчала Софи.
– Нет, не считает, – возразил Гарет – Он ничего не просил у меня, кроме руки Ребекки.
Еще бы! Зачем же ему еще что-то просить? Ведь Фиск, завоевав доверие Гарета, беззастенчиво воспользовался своим положением. Теперь он управляет всем состоянием герцога и к тому же вскоре женится на его сестре.
– Со временем ты станешь доверять ему, – продолжал Гарет. – Поверь, Софи, ты несправедлива к нему. Ведь ты не можешь его в чем-либо обвинять.
Софи кивнула:
– Да, обвинять не могу. Но все же я не могу доверять этому человеку. Не могу, и все!
Гарет сжал ее плечи и поцеловал в лоб.
– Дорогая, я не хочу, чтобы твое недоверие к Фиску стало причиной разногласий между нами.
– Я тоже этого не хочу, – прошептала Софи.
– Что ж, вот и хорошо. – Гарет улыбнулся и, отстранившись от жены, добавил: – Знаешь, у меня появились кое-какие дела, но я вернусь к обеду, и тогда мы обсудим вопрос о свадьбе. Фиск хочет раздобыть специальное разрешение, причем как можно скорее.
Софи усилием воли вынудила себя оставаться спокойной.
– Но к чему такая спешка?
– А почему бы нет? Молодые люди хотят все побыстрее завершить.
– Но она дочь герцога, Гарет. На подготовку к свадьбе уйдут месяцы. Ведь мы должны составить список гостей и все обдумать… – Софи мысленно молилась о том, чтобы Гарет не слишком спешил.
– Обсудим это сегодня вечером, любимая. – Он снова улыбнулся. – Я боюсь за свое здоровье, и мне хотелось бы выдать сестру замуж, прежде чем…
– Мистер Фиск сейчас поедет с тобой? – поспешно перебила Софи.
– Да, разумеется.
Софи с улыбкой кивнула, как и подобало послушной жене.
– Увидимся за обедом, Гарет.
Он тотчас поцеловал ее и, развернувшись, ушел. Софи провожала его взглядом, пока он не свернул за угол.
Теперь в доме никого не было, так как Коннор и Делия взяли накануне выходные. Впервые за несколько недель Софи осталась одна, и у нее имелось несколько часов, чтобы поискать доказательства того, что Уильям Фиск совсем не тот, за кого себя выдавал.
Весь день моросил дождь, но Тристан упорно продвигался вперед. Прошлую ночь он провел в «Королевском гербе», гостинице на Уорик-роуд близ замка Кенилуорт. И почти до утра Тристан просидел в гостиничной таверне, весьма успешно развязывая языки завсегдатаев виски и элем.
Оказалось, что эти двое действительно были близнецами – Уильям и Уоррен Фиски. Очевидно, Уоррен погиб в бою, но местные жители почему-то были уверены, что он умер от заразной болезни вскоре после битвы при Ватерлоо.
Взбудораженный услышанным, Тристан до утра проворочался на своем матрасе. Наскоро позавтракав, он проскакал несколько миль к полуразвалившемуся дому маркиза Дебюсси. По словам здешних обитателей, маркиз всегда жил отшельником, а последние пять лет, после смерти маркизы, вообще не выходил.
Остановившись перед домом, выстроенным в стиле Тюдоров, Тристан осмотрелся. Один-единственный дымок лениво курился над средней из трех дымовых труб, и никто из слуг не поспешил встретить гостя.
Спешившись, Тристан привязал коня к столбу, высившемуся на заросшем, неухоженном газоне, затем снял шляпу и подошел к дому. Потускневшие медные львы на низких пьедесталах стояли по обеим сторонам от входной двери. Тристан поднялся по мраморным ступенькам, остановился у двери, поднял тяжелый медный молоток и постучал. Стук эхом отозвался внутри дома.
Однако дверь никто не открывал.
Тристан снова стал стучать, но все было напрасно. Вздохнув, он сунул шляпу под мышку, спустился с крыльца и опять осмотрелся.
