Ни граф Людовик де Понтарлье, ни барон барон Фридрих фон Ротгер не ожидали, что судьба сведёт их этом сражении. Им не довелось схватиться в смертельном поединке, этим двум обладателям стальных пластин, скрывающих тайну бургундского золота. Баварская армия потерпела сокрушительный разгром и бежала с поля боя, в числе первых беглецов был и полковник Фридрих фон Ротгер, успевший избежать позорной участи плена. Людовик знал от своего отца о второй пластине, которая осталась у графа Кампобассо, и который узнал о его смерти в Баварии, на руках у сестры — Клементины фон Ротгер. Когда центральная Бавария была оккупирована. Граф де Понтарлье попытался отыскать след баронов фон Ротгер и был крайне удивлён, что не встретился с Фридрихом в битве при Фрейбурге. Многочисленные пленнные рассказывали о командире полка фон Ротгере. Мир,заключённый 14 марта 1647 года в Ульме помешал дальнейшим поискам графа. Людовик узнал, что следы барона необходимо искать в столице Баварии — Мюнхене.
Император Фердинанд III отклонил капитуляцию, предложенную ему французскими военачальниками. Бесцельные сражения происходили в Германии, Люксембурге, Нидерландах, Италии и Испании вплоть до 1647 года. В конце 1647 года Максимилиан I Баварский возобновил военные действия на стороне императора. Людовик понял, что его час настал, когда он сможет найти проклятого барона и соединить пластины.
В мае 1648 года Баварцы и Австрийцы потерпели очередное поражение и опять барону удалось ускользнуть. Шведские войска осадили Прагу, а объединённые французские и шведские части — Мюнхен. 20 августа испанцы потерпели крупное поражение от французской армии под Ленцом, возле Лилля. Император согласился на условия победителей. Граф Людовик ожидал взятия Мюнхена, чтобы найти барона фон Ротгера, не зная, что барона нет в Мюнхене и он находится на службе у императора, обласкавшего убийцу генерала Валленштейна.
Им удалось встретиться 24 октября 1648 года в Оснабрюке, в Вестфалии, при заключении мира, завершившего эту долгую кровопролитную войну, длившуюся 30 лет. Они стояли напротив друг друга в двадцати метрах, за спинами парламентариев, подписывающих мирный договор. Оба состояли в свитах в качестве офицеров охраны. Оба смотрели друг на друга с ненавистью, оба знали тайну стальных пластин и если бы была хоть малейщшая возможность, то кинулись друг на друга и растерзали один другого. Но война закончилась, уступив миру и спокойствию на германской земле. Когда обе стороны, пролившие реки крови и опустошив плодородные земли, расходились после подписания мира, одни — французы и шведы, ликующие, другие — австрийцы, испанцы и баварцы, хранящие угрюмое молчание, Людовик де Понтарлье и Фридрих фон Ротгер ещё раз взглянули друг на друга, перед тем, как их разделила вечность…
Отпустив Ставрова, он дал распоряжение лейтенанту Васильеву в понедельник к 12 часам забрать анализы из лаборатории судебной медицины. Выйдя из здания управления, он подошёл к своей машине, именуемой в народе — «копейкой». Жигули не хотели заводиться, с трудом подавив вспышку гнева, майор попытался вновь запустить двигатель.
— Черт возьми, я же собирался позвонить Ленке, — мелькнула запоздалая мысль, — ладно, сейчас заеду в магазин купить что-нибудь пожрать, а потом заеду к ней. Опять её мама будит зудить, что возвышенная натура Леночки не для такого мужлана как я.
Подъехав к магазину, он положил голову на руль и попытался собраться с мыслями. Внезапно он поймал себя на мысли, что мыслей нет. Он попытался вновь собраться с с мыслями, но его усталый и воспалённый мозг отказывался подчиниться, и Николай провалился в глубокий сон, лишённый сновидений.
Николай проснулся от какого-то шума, и повернув голову влево он увидел усатое лицо, украшенное милицейской фуражкой. Суровый старшина стучал по дверному стеклу своей полосатой палкой. Бдительный старшина, заступив на пост полчаса назад, обратил внимание на припаркованную машину, одиноко стоящую под знаком «Остановка запрещена» и выждав десять минут он подошёл к машине, предварительно сравнивая номера. Каково было его удивление, когда он увидел спящего на переднем сидении человека. Вместо принятого первого решения — вызвать эвакуатор, миллиционер решил немедленно выяснить в чем дело. Он не знал, что Карпенко, уснув за рулём, затем повалился боком на сидение и поэтому со стороны машина казалось пустой.
— Вот так номер, — подумал старшина. — Пьяный, это точно. Ему в голову не пришла мысль о том, что человеку могло стать плохо за рулём, например, от сердечного приступа и поэтому он был вынужден припарковать машину у ближайшего тротуара, несмотря на запрещающий парковку знак. Жизнь есть жизнь, и в ней могут случиться разные непредвиденные обстоятельства, но сотрудник ГИБДД пошёл по прямолинейному пути и даже обрадовался, увидев лежащего на переднем сидении человека — сейчас он ему покажет.