Перед тем как выйти, Маша мельком взглянула на Шарля и уловив на себе его взгляд, зарделась и поспешила выйти из комнаты.
— Прошу, сударь, отведать, — сказал Трегубов, разливая водку в хрустальные рюмки. Вот и закусочка: маринованные грибочки, солёные огурчики и помидоры. Лучше закуски и не сышешь. А водочкой у нас не баловались? — поинтересовался Павел Владимирович.
Шарль не стал отпираться, сообщив, что водку пробовал, но столько сколько русские выпить не может. Во Франции предпочтение отдаётся вину, коньяку.
— Знаем, сударь мой, знаем. Сам шампанское иногда не против выпить, но с русской водкой ничто в сравнение не идёт. Перед обедом рюмочку — другую для аппетита — сам бог велел.
Чокнувшись и выпив по рюмке они закусили незамысловатой закуской.
— А позвольте полюбопытствовать, сколько Вам лет, — спросил Шарля Трегубов.
— Минуло двадцать четыре, — ответил француз. Я служил в кавалерии маршала Мюрата, командовал эскадроном, был представлен к повышению за Бородино. Ах, простите.
— Нет ничего, мы с Вами сейчас общаемся как знакомые, отнюдь не враги. Война уже в прошлом. Мирно беседуя, они не знали, да что там не знали, даже не подозревали, что скоро они опять будут по разные стороны поля битвы, опять будет литься русская и французская кровь на полях сражений, во исполнение замыслов великого честолюбца — Наполеона.
Трегубов познакомил де Понтарлье со своей супругой — полноватой барыней Дарьей Петровной. Та пришла в восторг, узнав что пленник не простой солдафон, а офицер, знатного графского рода и засыпала его вопросами о нравах Парижской жизни, о моде. Шарль рассказал о Наполеоне и Жозефине, о вельможах, которых он видел каждый день, являясь гвардейским офицером дворцовой охраны. Старый барин только посмеивался в густые усы и старался по-чаще разливать водку в рюмки, благо Дарья Петровна была увлечена светской беседой и не препятствовала ему.
Поздно вечером, разомлевшие от выпитой водки и сытного обеда, они разошлись, пожелав друг другу доброй ночи.
Шарль попытался найти Марию, но не смог и отправился почевать в отведеннуюему комнату.Хлебосольный Трегубов предоставил свой дом в распоряжение капитана,попросив его обходиться без стеснений.
На следующий день в имение прибыл воинский начальник, занимающийся сбором и отправкой пленных во Францию. Шарль был ему представлен. Пожилой полковник, выслушав капитана, сообщив ему, что в с самом скором времени он будет отправлен вместе с другими пленными, собранными по губернии, на родину. А сейчас он вынужден препроводить его на сборный пункт, в губернский город.
— Прошу Вас, господин полковник, разрешить мне попрощаться с приютившей меня хозяйкой дома.
— Я не возражаю, извольте.
Шарль де Понтарлье попросил позвать Марию Брусникину.
В залу вошла Мария. Полковник пристально посмотрел на девушку, затем на француза и очевидно, что-то поняв, усмехнулся в усы. Брусникина подошла к Шарлю и остановилась в несколькиг шагах от него.
— Прошу Вас, переведите, то что я буду говорить Марии, — попросил Шарль.
Шарль пытался ей обяснить в чем дело, но его познаний в русском языке явно не хватало. Тогда он обратился за помощью к Павлу Владимировичу.
— Прошу Вас, переведите, то, что я буду говорить Марии, — попросил Шарль, — это очень важно, а я знаю всего несколько слов по-русски.
— Не беспокойтесь, мой друг, я переведу все, что вы скажете в точности.
Шарль начал говорить.Мария стояла напротив него и внимательно смотрела ему в глаза.
— Я должен уехать, Мария, пойми. Но я скоро вернусь, улажу свои дела во Франции и вернусь. Верь мне. Я люблю тебя, и хочу чтобы ты стала моей женой. Мы будем счастливы. Возьми эту пластину — это семейная реликвия. На этом вот листке, я написал тебе кое-что на французском. Храни. Я всегда возил эту пластину собой, и как и все мои предки, не расставался с ней. С ней связана очень важная тайна, которая передавалась в нашем роду из поколения в поколения. Я вернусь и заберу тебя с собой. Верь мне.
— Да…, я вижу ты не терял времени дружок, — протянул старый барин. Мария, что ты скажешь?
— Я люблю его, — сказала Мария и заплакала. Люблю.
— Мсье, прошу Вас, заклинаю всеми святыми, побеспокойтесь о Марии до моего приезда.
Раздались всхлипывания: это плакала Дарья Петровна, вытирая платочком слезы.
— Езжай, Шарль,и не волнуйся, — растроганно произнёс Трегубов. Мы с женой любим Машу и присмотрим за ней.
Маша подошла к Шарлю, обняла его и страстно поцеловала в губы, затем отвернувшись от него и плача, быстро побежала в дом…
Каждый вечер, начиная с того памятного концерта Маликова, Алексей провожал Ирину домой. Когда во время прогулок по городу или в кафе он замечал взгляды мужчин, бросаемые на его спутницу, ему становилось с одной стороны и приятно, что мужчины заглядываются на красивую молодую девушку, которая отдала ему предпочтение, а с другой стороны, ему хотелось просто их разорвать, чтобы они на неё не заглядывались. Все было правильно, в нем проснулся инстинкт собственника, заложенный в мужчинах матерью природой вместе с чувством ревности.