Верзила галопом помчался вглубь казино, его сменил другой охранник, который слышал, что сказал генерал и с интересом смотрел на Плахтина. Карпенко усмехнулся, увидев реакцию охранников. Через несколько минут ко входу в казино подкатился и директор — Мишкин Александр Григорьевич. Именно подкатился, сытая и вольготная жизнь, лишённая былых приключений и опасностей, сильно отразилась на его фигуре, превратив его в сказочного персонажа — колобка.
— Владимир Иванович, дорогой, — широко улыбаясь и демонстрируя превосходные зубы из металлокерамики, обрадованно произнёс Мишкин, разведя руки в стороны, словно хотел обнять генерала. — Давненько не виделись. Рад, очень рад. Почему сразу не пропустили, олухи, — накинулся он на охранников.
— Так Вы же сами приказали никого не пускать в нерабочее время. Мы действовали строго по инструкции, — оправдывались охранники.
— Инструкции инструкциями, а думать надо, — раздалбывал их Мишкин.
— Да что мы тут стоим, проходите, — опамятовался хозяин и пригласил Плахтина и Карпенко внутрь в казино. — Извините балбесов.
— Хорошо устроился, Александр Григорьевич, — осмотревшись по сторонам сказал Плахтин. Как доходы, наверное неплохие.
— Ничего живём по-маленьку. А что Вас, Владимир Иванович, доходы интересуют. У меня все нормально, налоги плачу исправно.
— Да бог с тобой, Александр Григорьевич, — успокоил Косого генерал. Мне с тобой посоветоваться надо, затем и приехал.
— Хитришь, генерал. Ну пойдём ко мне, там и поговорим…
— Посиди в казино, Николай, пока я побеседую, — обратился к майору Плахтин.
— Гриша, проводи молодого человека в бар, скажи чтобы обслужили на высшем уровне.
Николай посмотрел выжидательно на своего шефа.
— Сходи в бар, майор, проверь обстановку, — улыбаясь разрешил Плахтин.
Они прошли несколькими коридорами до роскошной, сделанной из морёного дуба, двери.
— Прошу, — распахнув дверь пригласил их в свои аппартаменты Мишкин. Затем подошёл к селектору связи и нажав кнопку распорядился.
— Быстро столик ко мне, по высшему разряду. — Прошу садиться в кресло, уважаемый Владимир Иванович, — правой рукой Мишкин указал на шикарное кожанное кресло, темно вишнёвого цвета.
Вся мебель в кабинете была темно-вишнёвого цвета, на стенах видели репродукции полотен голландских мастеров, четыре кресла вокруг небольшого столика, составляли гостевой уголок. Возле стола хозяина стоял книжный шкаф, заполненный в основном книгами по маркетингу, бухгалтерии и справочными изданиями.
— Спасибо, Александр Григорьевич, но мы спешим, — предупредил гостеприимного хозяина Плахтин, садясь в кресло.
— Не откажите, Владимир Иванович, в малости. Немножко посидим, выпьем, перекусим, так и беседа легче пойдёт. А признайся, — перешёл на «ты» Мишкин, — что-то тебе от меня нужно.
— Нужно, Косой, нужно, иначе бы и не приезжал. Ну будь по-твоему, — генерал Плахтин специально назвал кличку Мишкина, под которой он был известен в уголовном мире.
— Мы сейчас с тобой генерал, по одну сторону. Мне беспредел не нужен. Что было раньше, уже быльём поросло, даже вспоминать не хочется. Я — бизнесмен, исправно плачу налоги, помогаю государству строить новое общество.
— Ты мне сказки не рассказывай, знакомы не первый год. Великий строитель выискался, прямо меценат, — усмехнулся Плахтин. — Хочется просто обрыдаться от твоей бескорыстности. Насчёт налогов — это не ко мне, на это есть налоговая полиция, я занимаюсь другими делами, больше убийствами и ограблениями.
— А ты все такой же, Владимир Иванович, не изменился.
— С чего бы мне меняться, Александр Григорьевич. Вот когда скоро уйду на пенсию, тогда и буду меняться.
— Помилуй, Владимир Иванович, какая пенсия, ты ещё слишком молодой для пенсии.
— Устал я, Адександр Григорьевич, копаться в грязи. Сыт по горло.
— Но ведь кому-то надо быть золотарём.
— Это ты правильно сказал, кому-то надо быть и золотарём, сам выбирал профессию, так что и не жалуюсь.
— Если будешь уходить из органов, Владимир Иванович, — предупредил Мишкин, — то прошу милости ко мне, место всегда будет ждать, такие специалисты как ты — на вес золота.
— Так уж и на вес золота, — усмехнулся Плахтин. — Нет, Александр Григорьевич, ни к кому из вашей братии я служить не пойду, да ты это и сам знаешь.
В аппартаменты вкатили небольшой столик, уставленный разнообразными закусками и напитками. Вкатившая столик молоденькая девушка в коротенькой юбочке, кокетливо посмотрела на Плахтина. Генерал по достоинству оценил длинные ноги и пышную грудь красотки, улыбнувшись ей в ответ, но сегодня его больше интересовала информация Мишкина.
— Первым делом, первым делом самолёты, ну а девушки? А девушки потом, — вспомнилась Владимиру Ивановичу слова песни из знаменитого старого фильма «Добровольцы». — Хотя было бы и неплохо …
Додумать мысль генерал Плахтин не успел, Мишкин выставил красавицу из кабинета.
— Иди, Леночка, не мешай нам.
Оба собеседника проводили стройные ноги девушки, походкой манекенщицы покидающей кабинет директора.
— Хорошие кадры ты себе подбираешь, Александр Григорьевич, — позавидовал Мишкину Плахтин.