полностью

— Это должно быть найдено не в утверждении, не в отрицании, но и не в одновременном утверждении и отрицании. Что же ты можешь сделать?

Якусана озадачили эти слова.

Я должен рассказать вам кое-что, чтобы вас не озадачили эти слова. На Западе Аристотель придал логике диалектический характер; что-то должно быть либо положительным, либо отрицательным. Иными словами: либо ты веришь в Бога, либо ты не веришь в Бога. Двоичная логика представлялась ему совершенной, какой же смысл делать ее троичной?

И он не был одинок в своих изысканиях. Его современник, Махавира, оперировал семеричной логикой. Дальше этого невозможно идти — в ней заключены все возможности, все точки зрения. «Да» и «нет» — два противоположных полюса, вы же можете находиться где-то посредине. И это был путь Будды, известный как срединный путь.

Будда учил: впадать в одну крайность не следует, тогда вы выбираете лишь одну часть; впадая в другую крайность, вы совершаете все ту же ошибку. Настоящее лежит посредине. Находясь посредине, вы не можете сказать ни «да», ни «нет». Вы должны либо признать и то, и другое, либо отвергнуть и то, и другое. Именно об этом и говорил Сэкито. Снова выслушайте его слова, и они вас больше не озадачат.

«Это должно быть найдено» — правда должна быть найдена, «не в утверждении», — не в том, чтобы говорить да, «не в отрицании», не в том, чтобы говорить нет, «но и не в одновременном утверждении и отрицании», — но и не в том, чтобы говорить да и нет одновременно. Правда не может быть найдена в пределах этих трех категорий. Она находится вне этих категорий. Она — кроется в четвертой. Она — вне логики, гак как не может быть выражена при помощи никакой логической формулы.

Бедный Якусан совсем растерялся. Даже Сэкито спросил его: «Что же ты можешь сделать?»

Якусана озадачили эти слова. Кажется, он оказался в конце дороги. Тогда Сэкито сказал ему откровенно: В этом и заключается прелесть атмосферы тех времен, которая полностью исчезла в нашем веке. «Причина и возможность обретения тобой просветления находится не здесь. Лучше отправляйся-ка к великому учителю, Ма-цзы».

Ма-цзы и Сэкито — два просветленных мастера, два противника. Сэкито велел Якусану отправляться к Ма-цзы, хотя тот и был его противником. «Сама твоя личность, твоя манера мыслить… приемы и средства, используемые здесь, не будут способствовать твоему росту и становлению. Тебе лучше отправиться к Ма-цзы. Там ты найдешь нужную тебе атмосферу.

Вы видите суть? Отослать ученика к противнику означает, что учитель интересуется лишь ростом ученика, а не тем, чтобы увеличить число собственных последователей. Он смотрит на человека, ощущает его пульс, его сердцебиение и ясно видит: «Здесь ему будет тяжело расти. Атмосфера Ма-цзы больше подходит этому человеку».

Следуя совету, Якусан предстал перед Ма-цзы и обратился к нему с тем же вопросом, что и к Сэкито.

Ма-цзы ответил:

— Иногда я заставляю его поднимать брови и вращать глазами; иной раз я не позволяю ему поднимать брови и вращать глазами. Иногда это он, тот, кто поднимает брови и вращает глазами; иной раз это не он, тот, кто поднимает брови и вращает глазами. Как ты понимаешь это?

Якусану должно было показаться, что он сходит с ума; вначале Сэкито озадачил его своей логикой, а сейчас этот человек говорит еще более странные вещи. О ком это он говорит?

На этот раз, находясь лицом к лицу с Ма-цзы, — видя Ма-цзы и слушая его слова, он ясно осознал, что есть что-то такое, чего не выразить словами. Сэкито уже указал ему на это, а сейчас, слушая почти безумную речь этого человека, Якусан отчетливо осознал: истина не может быть выражена словами. Итак, здесь роль сыграли не слова: находясь лицом к лицу с Ма-цзы, Якусан обрел просветление. Он почтительно поклонился учителю.