− Интересно, какой это глупец пустил слух, что они не умеют писать? − Сказал председатель комиссии, получив пачку листов с сочинениями крыльвов. Сочинения были на тему леса. И у крыльвов было что написать. Харгрет только контролировала что бы в сочинениях не оказалось чего лишнего.
− Или я сошел с ума, или у всех девятерых нет ни одной грамматической ошибки. − Сказал учитель языка.
− А я думал, что только у меня голова не в порядке. − Сказал учитель математики. − Решение задачи, которое они сделали, впору только студентам высших школ.
− Наверно, я вас разочарую, но у меня все не так. − Сказал историк. − Написано, конечно красиво, но все не то. Они ушли от темы. А Харгрет прямо написала что не знает большинства ответов.
− Думаю, это дело поправимо. − Сказал председатель комиссии, рассматривая бланки с отметками. − Хотя, перекос у них довольно сильный.
− Особенно, если посмотреть на их ответы у меня. − сказал психолог. − Можно подумать, что они все сумасшедшие. Послушайте. Вопрос: Как вы относитесь к людям? Ответы: Например, Инреал − Очень вкусные. Харгрет − нормально, но некоторым экземплярам так и хочется перегрызть горло или оставить отметины от своих когтей. Флирк − никогда не знаешь что они выкинут.
− Они же все считают себя крыльвами. − Сказал председатель.
− В том все и дело. − Сказал психолог. − Это ненормально. У них все ответы с таким смещением. Словно они звери, а не люди.
− Они же еще никого не съели. − Усмехнулся председатель.
− Такие и съесть могут. Я считаю, что их надо лечить.
Дверь открылась и в нее вошла Харгрет.
− Харгрет, мы еще не закончили. − Сказал председатель.
− Я подумала, почему бы мне не поприсутствовать? − Сказала Харгрет. − Как-то неудобно стоять и слушать все из-за дверей. Там ведь все слышно. Тем более, что я хочу высказать некоторое пожелание. Вы понимаете, что мы не можем сидеть в десятом классе на физике и одновременно в четвертом на истории?
− Может вас просто посадить в седмой?
− Я думаю, что нас вообще не нужно сажать ни в какой. Есть пустые классы, есть библиотека. Мы можем сами учить то что нужно. До конца года осталось два месяца. Мы будем только мешать другим своим незнанием одного и сверхзнанием другого. А результат будет ноль. А так мы возьмем программу и сами все выучим. А затем сдадим экзамен и тогда все будет ясно.
− Экзамен за какой класс?
− За какой сможем. − Ответила Харгрет.
− А что потом?
− Потом и будем решать потом. Зачем сейчас ломать голову?
− Девчонка не промах. − Сказал директор. − Думаю, пусть так и будет.
Учеба продолжилась. Несколько дней Харгрет и Ррниу усиленно учили историю и передавали самое главное крыльвам. Через несколько дней на одно из занятий пришел директор интерната. Он спросил разрешения присутствовать и расположился в последнем ряду.
На этот день Харгрет читала историю космических войн Ренса. Она давала факты, факты, еще раз факты. Никаких выводов, никаких навязанных идей, которые встречались в учебниках. Вторым был урок высшей математики. Харгрет не смотрела на директора. Она написала на доске десяток уравнений, несколько кратких формулировок теорем и устно объяснила как получать доказательства и как решать уравнения. Новая порция уравнений шокировала директора. Это были уравнения из теории искривленных пространств. Харгрет писала их с такой легкостью, что в один из моментов мысли директора остановили ее. Она посмотрела на него, опустив руки.
− Вы действительно что-то из этого понимаете? − Спросил директор.
− По моему, здесь нет ничего непонятного. − Ответил Кри. Из крыльвов он был самым младшим, и Харгрет всегда спрашивала ее, если возникали сложности с пониманием.
− Я пожалуй, пойду. − Сказал директор.
Он вышел и еще некоторое время стоял под дверью слушая что говорит Харгрет. Она продолжала урок высшей математики, а затем перешла к химии органических соединений, после этого к ядерной физике. Затем вновь к истории.
Два месяца пролетело как два дня.
За крыльвами постоянно наблюдали. Учеба зашла в такие дебри, что большинство людей вовсе не понимало о чем речь.
Учиться в интернате далее было бессмысленно.
Экзамены были сданы так, что государственная комиссия была шокирована. Все девять крыльвов получили золотые дипломы. Выход из интерната автоматически переводил выпускников в разряд свободных граждан. Они получили документы, в которых рядом с именами стояла фамилия Крылев. Как ни сопротивлялись этому в регистрационных органах, Харгрет не отступила ни на шаг.
− Куда теперь? − Спросил Инреал.
− Вот это ты видел? − Спросила Харгрет, показывая приглашение пришедшее из высшей космической школы. − Гении везде в почете. Правда, мы на самом деле вовсе не гении. Просто такова природа крыльвов.
Они шли через город и вскоре оказались на шоссе посреди леса. Мимо иногда проходили машины. Харгрет вывела крыльвов к небольшой реке и они пошли по берегу.
− У нас еще целый месяц до вступительных экзаменов. А сейчас мы займемся тем, чем мы не могли заниматься в школе.
