- Которые Джеджун хён испек позавчера… – Чанмин открыл холодильник. – Бли-и-ин, ну почему тут такая пустота? Кто из вас все слопал, пока меня не было?
- Дон Эстебан с ума сошел? – предположил Джунсу. – Он решил надежно спрятать вас… в SM?
- Хён, ты еще спишь и во сне разговариваешь? – Чанмин улыбнулся со счастливым коварством, будто сказал великолепную шутку, после чего повернулся обратно к холодильнику и радостно воскликнул: – О! Шоколадные батончики! – Он схватил сразу два, захлопнул дверцу и с видом заговорщика громко прошептал: – Никому не проболтайтесь, что я ел сладкое, меня же на диету посадили!
Джеджун вернулся на кухню, совершенно забыв, что его мутило. Он стоял на пороге, хлопая остекленевшими глазами и прижав руки к груди.
Чанмин принялся с наслаждением уплетать шоколадный батончик. У него было по-детски милое, трогательное выражение лица.
- Я сам буду следить за твоей фигурой, – засмеялся Юно. Он подошел к Чанмину и потрепал по щекам. – А то наш Бэмби скоро в хомячка превратится!
Чанмин густо покраснел и опустил взгляд, но жевать продолжил.
- Я тебе нравлюсь, да? – предположил герцог с нежностью в голосе.
- С ума сошел, хён! – крикнул Чанмин, покраснев вообще до корней волос, бросившись из кухни наутек и чуть не сбив с ног Джеджуна.
- Он тоже из фанфика, – удивленно констатировал оборотень.
- И, кажется, он об этом не знает, – добавил пораженный художник.
Когда Super Junior обсуждали, что сказать руководству об исчезнувших участниках, эти участники пришли. Ханген поцеловал Хичоля, и Кюхён, даром что полуживой, не отправил его в полет к ближайшей стене лишь по причине крайнего изумления. А ЫнХэ вообще поцеловали друг друга.
====== Глава 36 ======
С руководством, понятное дело, разговаривали герцог, майор и едва живой монах. Они сумели убедить воротил шоу-бизнеса, что их полезно слушаться не менее, чем когда-то Хичоля. И в чем-то даже полезнее: они отказались от прибыли, в то время как вампир ее получал.
Все прочие остались с новичками и наблюдали за ними, как за дикими зверьками в клетке зоопарка.
Чанмин на всех обиделся. Просто обиделся и из-за этого вытребовал у Джеджуна «вкусняшек». Омега, в котором уже сполна проснулся материнский инстинкт, приготовил ему на скорую руку суп, и чудесный ребенок под два метра ростом его умял, но потом стал просить еще мороженого.
- Вафельный рожок тебе в жопу, а не мороженое, – ехидно ухмыльнулся Джунсу.
Макнэ так и разинул рот: видимо, в его родном фанфике Ангел Шиа подобного себе не позволял.
ЫнХэ, в свою очередь, все время искали, где уединиться. Не обращая внимания на других участников, они буквально ласкали друг друга пронзительными взглядами, и Донхэ не упускал случая погладить Хёкдже по колену, бедру или ягодице. Возмущаться никто и не думал: все понимали, что это очередные персонажи. А Ханген никого не возмущал, пока не наткнулся на Хичоля. Он поймал его за руку и властно сообщил, что «сегодня ночью паршивец будет наказан». Хичоль шваркнул ему коленом в пах и заметил, что до ночи ждать смысла не было.
- Видимо, нормальный джен – такая редкость, – цокнул языком Кюхён.
- Гордыня, гордыня, гордыня! – взялся дразнить его Хичоль.
Кюхён реагировать не стал, и это еще сильнее пристыдило изменщика.
- Заклятие, видимо, не сняли, – предположил Юно, собрав всех посвященных. – Но Хичоль почему-то сжалился над родственниками JYJ. А заодно доукомлектовал Super Junior.
- Это же четыре жертвы, – сокрушенно произнес Джеджун. – Настя хоть понимает, что делает?
- Похоже, любовь к злодею вскружила ей голову, – хитро прищурился Джунсу.
- Чанмин – не злодей! – закричал омега. – Он постарался сделать все так, чтобы мы как можно меньше пострадали!
- Давай, защищай отца своего вампиренка, – разрешил художник. – Это же естественно. Только нас не приплетай, не мы от него залетели.
- Хорош, Су, – попросил майор. – Джеша не виноват, что влюбился в падлу. А мелочь вообще не трогай, он тут при чем?
Джунсу захотелось обнять майора, а может, и поцеловать. Обе части ситуации описывали его собственную жизнь! Он и сам отдал сердце жестокому, безнравственному человеку. Сам был зачат врагом собственного народа, испытал, что такое ненависть «за происхождение»…
- Ты прав, Ючон, – улыбнулся ему Джунсу. – Опять лишнего наговорил, ну, ты знаешь мои недостатки…
- Ебануться тапки гнутся! – прокомментировал майор, ожидавший спора и хамства.
Художник умиленно засмеялся. Ючон совсем обалдел и открыл окно, чтобы покурить.
- На улицу! – взвизгнул Джеджун. – Я же беременный!
Только теперь до Super Junior дошло, что омега ждет ребенка; все певцы стали от него шарахаться, но Джеджун только ностальгически улыбался, вспоминая первые дни знакомства с Чанмином, когда персонажи вели себя точно так же.
Вечером была фотосессия. Юно настоял, чтобы почти все будущие мероприятия две группы проводили вместе, но некоторые уже были в расписании, и ничего поделать было нельзя. (Майор, правда, спросил: «А если в жбан?», но герцог отмел такой способ давления.)
