Перед концом света технологии и наука полярного медведя намного превосходили таковые у Китая. После же апокалипсиса, потому что лидер у северного соседа появился намного позже, чем у Китая, как Юэ Чжун, им досталось очень мало сверхпродвинутых технологий вооружения и их образцов из Системы. Соответственно, появившиеся на их территории разумные зомби овладели инициативой в войне, и потому сейчас полярный медведь был намного слабее, чем Китай. Вследствие этого они всё поставили на единственный удар в центр Китая, и, как оказалось, против них играло неблагоприятное географическое месторасположение, недостаточная координация и единство войск, что и привело к их поражению.
В городе Хух-Хото, в помещении штаба, Цзи Цин У с облегчением смотрела на изображение сдающихся русских на мониторе, но почти сразу же она нахмурилась:
— С русскими разобрались очень просто, но что с остальными силами вторжения?
Ради сражения с войсками Императорской России Юэ Чжун выделил Небесную Крепость и вертолёты Z10. На остальные фронта ничего подобного выделено не было, и потому Цзи Цин У было очень тревожно.
Вьетнамский фронт.
Яо Лихуа, правитель Вьетнама, выступал перед своими бойцами, что находились неподалёку от города Тхайнгуен, громко выкрикивая:
— Уничтожить! Уничтожить всех захватчиков, вторгшихся в нашу страну! Всех до единого! Ради нашей страны, ради нашего народа, ради нашего будущего мы должны победить!
— Уничтожить их!
— Уничтожить захватчиков!
У вдохновлённых Яо Лихуа солдат-вьетнамцев кровь кипела в жилах, когда они ревели, выкрикивая эти кличи.
Во Вьетнаме не хватало еды и оружия; после того как Райское Государство оказало свою поддержку, у жителей страны появилось в достатке и то, и другое, и теперь каждый боец был вооружён автоматом, а в глазах у всех светилась твёрдая решимость.
После того как Яо Лихуа стал получать снабжение от Райского Государства, он снова вернул под контроль вьетнамцев множество городов, а также рекрутировал в свою армию множество людей.
Сейчас количество выживших вьетнамцев составляло триста тысяч, из них сорок были солдатами; и вот с такими силами Яо Лихуа решился бросить вызов Юэ Чжуну.
— В атаку! Уничтожим захватчиков!
По приказу Яо Лихуа четыре пехотных батальона, которых тренировали военные советники, присланные Райским Государством, начали атаку на Тхайнгуен.
Вскоре эти батальоны вступили в схватку с расквартированными в городе Тхайнгуен китайскими бойцами.
Глава 958. Падение Судьбы
— Сучьи дети! Наконец-то показали своё нутро! А теперь сдохните-ка ради меня!
С какой-то безумной, психически ненормальной радостью в глазах, смотрел Гань Тао на несущихся в атаку на город Тхайнгуен вьетнамских солдат.
Подхватив автомат, он бросился вперёд и, быстро, подобно злобному духу, перемещаясь по полю боя, открыл огонь по противнику, выстрелами разнося головы вьетнамским бойцам.
Друзья и братья Гань Тао умерли мучительной смертью от рук вьетнамцев, и потому он ненавидел эту нацию до мозга костей. Из-за заключения мира между двумя странами ему только что и оставалось, что спускать свой гнев и злобу на зомби и мутировавших зверей, сражаясь с ними в первых рядах, благодаря чему его боевые навыки очень быстро росли в уровнях. К тому же благодаря принятому Эликсиру Эволюции он теперь был воином 3-го типа.
После того как Гань Тао вышел на поле боя, Энхансеры вьетнамцев тоже приняли участие в сражении, и так обе стороны сошлись в бескомпромиссной схватке, не желая уступать противнику ни сантиметра земли. Из-за ожесточённости боя каждую секунду в сражении погибало множество людей.
После того как вьетнамцы получили поддержку от Райского Государства, обученность и вооружение их войск значительно улучшилось. На вьетнамском фронте не было выделено Небесной Крепости, и потому там возникла позиционно рукопашная мясорубка.
Но сам Тхайнгуен под управлением Мин Цзяцзя оставался неприступен, так как был окружён множеством укрепрайонов, и взять город можно было только после того, как эти укрепления будут одно за другим захвачены, но дело это было непростое и нескорое.
По шоссе, являющемуся ключевой транспортной артерией Хэбэя, ведущей в Тяньцзинь.
Мчались внедорожники с установленными в кузове турелями с пулемётами, БМП, БТР, везлись крупнокалиберные орудия, летели громадные военные грузовики для перевозки солдат, было в колонне техники, растянувшейся более чем на десять километров, и немало бензовозов.
В увеличенном в длину лимузине производства Роллс-Ройса сидел в салоне мужчина средних лет, ничем не примечательного телосложения, с лицом, изрытым оспой, и носом явного пьяницы, заигрывая с четырьмя обворожительными женщинами, в салоне, не переставая, звучал игривый женский смех.
Кроме него в салоне машины находился ещё один мужчина, точнее молодой человек, одетый в стиле модном среди городской бандитской молодёжи, с волосами, крашенными в жёлто=блондинистый цвет. Лет ему было примерно двадцать один — двадцать два, именно он произнёс слова:
— Босс, мы что, реально собираемся воевать с Юэ Чжуном? Он ведь захватил Тяньцзинь, это опасное дело.