-Мы все плачем, когда хороним друзей! – перебил я, – Генерала Филснейка хоронить ещё рано!
Полковник отряхнул шинель, посмотрел мне в глаза. Сейчас его зрачки были залиты кровью, поступили вены, но в глазах старого вояки появилась небывалая уверенность в себе.
-Вы правы, чёрт возьми... – тихо сказал он, – Чёрт, так расклеился, это невыносимо...
-Всё в порядке, это у всех нас бывает, – приободрил Добб, – Если бы Лейтенант ласты склеил, я бы не удержался.
-Спасибо, – благодарно буркнул я, помогая нашему полковнику подняться.
-Да несколько лет держался, ни одной слезинки не проронил, а теперь... Теперь как-то по-другому всё.
-Всё нормально. Какой план, полковник? – спросил я, отпуская рукав его шинели. Шакал уже горделиво выпрямился и отряхнулся.
-Зови всех обратно, – коротко приказал он, растирая морду пальцами, – Теперь план у нас есть генеральный.
Когда все собрались в вагончике снова, в полной тишине провели пару минут, после чего шакал перед всеми извинился за спектакль, пообещав что больше этого не повторится. Все ему охотно поверили. После этого шакал поднял морду и произнёс следующее:
-Те солдаты, которые не против смены власти должны быть предупреждены о том, что командование Российской Армии негативно относится к смене текущего руководства и клятвы принимать не будет. Этот факт должен оставаться в полной секретности. Солдаты, которые поддерживают нас, могут не произносить текста клятвы на присяге вообще. Понятно? – шакал оглядел всех присутствующих – ему никто не возражал, – Динозаврик, мне понадобится твоя помощь.
-Слушаю! – тут же выскочил чёрный лис, выпятив грудь.
-Когда прибудем во Владивосток, бери пару солдат и подготовь плацдарм для принятия присяги.
-Что конкретно мне стоит сделать?
Шакал улыбнулся.
-Найди звуковую технику, помощнее. Колонки, усилители и какой-нибудь нормальный проигрыватель. Может даже сможешь подключить всё к какому-нибудь ноутбуку.
Кажется динозаврик уже понял что за чем и отдал шакалу честь, но некоторые не догнали.
-Зачем нам колонки?
-Пускай они говорят за нас, если дело дойдёт до того, что наших голосов попросту не хватит для создания нужного эффекта. Лучше всего, если ты сможешь найти хотя бы десяток микрофонов, это будет выглядеть поживее.
-Я скажу клятву, если надо, – вызвался бультерьер, – Мне плевать на какие-то слова.
-Отлично, тогда ты и набери десяток тех, кто сможет это сказать
-И кому плевать на слова?
-Да.
-Так точно, товарищ полковник, – с каким-то особым смаком, сказал пёс, злобно ухмыльнувшись.
-Да, кстати. Отныне я – генерал. Пускай это все учтут, и зарубят себе на носу. Лейтенант?
-Что? – спросил я, но тут же замахал лапами, – Не-не-не, я полковником быть не хочу!
-А никто и не спрашивает, это приказ, – строго ответил шакал, – Ваше счастье, что для вас ровным счётом ничего не изменится.
-Есть, – буркнул я, приложив пальцы к виску.
-И последнее. Всё что произошло в этом вагоне должно храниться в обстановке строжайшей секретности от любых гражданских лиц. Все кто не причастен к нашей армии – тоже. Если кто из солдат разболтается или решит что от того что он нас предаст будет плюшка – расстреляю на месте лично.
-Сурово! – только и сказал Добб, но уже улыбался.
-По другому никак. Запомните только одно. То что мы сейчас делаем, называется саботажем. Бунтом, если хотите. Так как мы уже давно живём в период военной эпохи – это карается расстрелом вне зависимости от звания, рода войск или места дислокации. Всё, что может подумать президент о нас в таком случае – предатели. Предатели его государства, к которому он нас приписал.
Все замолчали, осмысливая сказанные шакалом слова. Конечно, это мало кому понравилось, кроме нашего анархиста.
-Но если мы выступим все вместе – нас просто будет некому расстреливать. Мы сами сможем пробиться до кого угодно и сделать что угодно с этим президентом, посадившим за руль бандитов и заключённых.
-Что-то я не слышал чтобы он сажал кого-то за место одного из начальников.
-Скоро услышишь, – заверил чёрный, – Главная идея, что мы все должны быть вместе.
-Так и будет, – кивнул Молотов, – Уверяю. Мы все за одно.
-Я на это очень надеюсь, – кивнул шакал, завёл лапы за спину и гордо выпрямился.
И снова несколько минут тишины. Я и сам осознавал, что всё меняется, причём кардинально. Раньше мы подчинялись приказам из Москвы, в частности приказам генерала Филснейка. Теперь мы все были сами по себе, приказы шли от президента и ни от кого больше – я был более чем уверен, что новоявленный генерал ни от кого другого их попросту не примет, даже если кто-то в столице назовётся адмиралом. Но судя по всему, мы должны были лишь симулировать их активное выполнение, что не могло в какой-то степени не радовать.
-Попахивает анархией! – весело и с большим-большим энтузиазмом вякнул андроид, стоящий в углу.
-Ещё слово вякнешь, и я тебе бошку оторву! – рыкнул мой друг из угла напротив, но шакал тут же прикрикнул на обоих:
