-Заткнулись! – киборги, вроде и не собирались продолжать вой спор, – Никакой анархии мы не предусматриваем. Армейская иерархия сохраняются. Считайте вы перешли под другое командование, Буль, – сказал шакал лично бультерьеру.
-Это командование мне по нраву! – заверил пёс, ничуть не испугавшись давления со стороны генерала, – Я уже сейчас готов бежать по всему составу и пропагандировать ваши идеи!
-Мне бы твой энтузиазм... – прохрипел овчар. Тенесси аккуратно обняла его за плечо и с улыбкой прижала к себе.
-Весь энтузиазм оставьте сержантам. Полковник, вы свободны.
Я даже не сразу сообразил что он обращается ко мне.
-Что, а? Да, да... – я почесал своё ухо, – Так что, мы сообщаем наш план солдатам?
-Немедленно, – кивнул шакал, – Сержанты, старшины – за дело. Если будут какие-то вопросы, то задавайте их нашему полковнику.
-Есть, – раздалось со всех сторон строительного вагончика в разнобой, и все стали собираться на выход.
-Андроидов попрошу остаться здесь, – сказал генерал, не отходя от стола, – Даже тех, кто это не признаёт.
В вагончике осталось примерно десять зверей, среди которых я увидел тех, кого никак не подозревал в искусственной жизни. Я посмотрел на Добба, но тот лишь пожал плечами и кивнул мне на выход. На прощание я похлопал его по плечу и вышел из вагончика.
Сержанты быстро разошлись по своим вагонам, я пошёл к своему, где всю разъяснительную работу пришлось делать мне.
Когда я собрал весь вагон перед собой на перроне и коротко ввёл их в курс дела, то не встретил никакого негодования. Все солдаты, которые стояли на перроне, тысяча с лишним морд, слушали своих командиров и не испытывали никакой неприязни к такому странному приказу – не подчиняться приказам. Когда я сказал, что новый президент посадил в высокие кресла жульё и бандитов, больше всех воодушевился Чак: сказал что кому ли, как не ему знать что за народ такой – бандиты. Лично мне этот лис в кресле какого-нибудь начальника московской милиции представлялся ну очень плохо.
Когда же дело дошло до секретности всех наших действий солдаты закивали головами, подразумевая, что это само собой разумеется, и никто о нашем заговоре не узнает. Предупредил, что за разглашение секретов мера наказания будет высшей, и дополнил от себя немного:
-Я конечно понимаю, что не все из вас заправские лжецы, есть и честные звери в наших рядах, но на этот раз от вас требуется проявить своё мужество, чтобы соврать тому, кто будет спрашивать вас о наших планах.
-Соврать легко! – заверил всех Чак, ему тут же закивали все рыжие лисы в строю.
Судя по тому, что все остальные вагоны уже расходились, я махнул лапой своим бойцам и тихо произнёс:
-Вольно.
Без лишнего энтузиазма бойцы разошлись кто куда. Большинство – в свои купе, полежать, подумать о грядущем. Парочка пошла к Ботанику, воспользоваться интернетом, ещё несколько остались курить у вагона.
Всё это было сложно понять обычному зверю, который был в принципе далёк от власти и каких-то решений. Нас всех объединяло одно – мы служили одной стране и одному командованию, не знали горя и непреодолимых препятствий. Все мы помогали другим зверям, помогали буквально за просто так. Раньше – за бензин и уголь для наших поездов, чтобы проехать дальше и помочь другому городу. Конечно редко мы помогали кому-то в военном плане – чаще строили, возводили мосты и переправы, строили железные дороги и жилые здания. Мы все что-то делали для других зверей и тем оправдывали своё существование.
И внезапно до меня дошло, дошло так резко и примитивно, что я схватил себя за уши и оттянул их до лёгкой боли.
