Я снова оглянулся на заднее сиденье. Разведчики, взяв с собой местного поила, уже чокались с теми, кто на крыше, а там передавали в открытый багажник.
— Добб?
— Я за рулём, — спокойно ответил он, разбираясь с заевшей коробкой передач.
— И что?
— Люди верили, что пить за рулём нельзя.
— А ты что — человеком стать захотел? — крикнул второй разведчик, протягивая псу фляжку с чем-то очень крепким.
Добб посмотрел на это так, будто хотел испепелить наглого полосатого разведчика, но вдруг вырвал флягу из его когтистой лапы и приложился к ней. Сделав пять или шесть сильных глотков, доберман тряхнул ушами и прорычал:
— Поехали.
Он вдавил рычаг коробки так сильно, что тот согнулся почти под прямы углом, но передача включилась. Тронувшись с места, Добб рыкнул и выправил рукоятку в более-менее прямое положение.
— Вуууу! — закричали из багажника, а на крыше заметно оживились, хватаясь за дуги.
— Правь на юго-западную! — велел гиен, подкидывая пиво, — Там машину оставим!
Старший сержант рыкнул, включая третью ступень, и машина, взвыв движком, помчалась по грунту и ломаному асфальту до центра Москвы. Опять.
На юго-западной мы сначала нашли новый бар «Колизей», потом компания переместилась в довоенное казино «Золотое Руно», где спустила немалые деньги. Всё это бы очень плохо кончилось для охранников, которые вздумали выпроводить подвыпившего Добба из зала, если бы не крупный выигрыш одного лиса, который умело затесался в нашу копанию. Последним пунктом в «культурной программе» значился стриптиз-бар «Пегас». Тут уж идея понравилась не только Доббу, но и мне — хоть я и не особо пил.
В темном помещении было на удивление много военных мундиров — я с удивлением заметил, как за соседним столиком два лиса-старлея с волком-капитаном тискали трех лисичек. Странно было то, что у нас я их даже не видел. Наверное, это были местные командиры защитного периметра или что-то вроде этого — в общем, приседать перед ними не хотелось, да и, как выяснилось потом, гораздо позже, не надо было.
Наш Капитан был в ударе и, завалившись в бар, тут же проставился. Всему бару. Не очень трезвая публика встретила этот шаг бурными овациями. Волк даже хотел вылезти на сцену, потом забраться на барную стойку, но его никуда не пустили. Он не сильно обиделся и, сказал что буянить будет более приземлено, то есть на полу. Потому что ниже плинтуса падать некуда.
В полумраке бара звучала ритмичная музыка, выдающаяся в зал сцена с вертикальным металлическим шестом была залита мягкими лучами двух прожекторов, а в их свете выступали две полуголые пантеры с телами богинь.
В этот момент к Доббу подошёл Капитан, и они о чем-то разговорились. Я почувствовал укол дружеской ревности, подогретой алкоголем — в конце-концов, мы пришли сюда вместе! Но в этот момент ко мне подкатил один из гиенов. Его внешний вид, в результате «великого вояжа», претерпел небольшие изменения — берет уехал далеко на затылок, куртка расстегнулась до середины и сбилась, так что аксельбант теперь был целиком подмышкой.
Подойдя, гиен скорчил дружелюбную мину:
— Ну, как отдых?!
Я пожал плечами:
— Нормально, — ответил я, отправляя в живот очередную кружку пива.
— Нормально?! — Не веря своим ушам переспросил гиен, — Старик, все а-а-ахринительно!!!
Я в ответ усмехнулся. Но гиена, похоже, моя кислая мина задела, он отвернулся к бармену и, развалившись на стойке, требовательно защелкал пальцами:
— Бармен, гарсон, как тебя там ещё?!.. — Перед разведчиком возник кот в белой рубашке и черном жилете. — Нам два… — Гиен показал пальцами, словно боясь что бармен не поймет. — Два «Сатаны»! — с вызовом сказал пятнистый.
Я обернулся к разведчику, внимательно глядя на его решительный вид.
— Это что за зверь такой?
Гиен осклабился:
— Это унесет тебя в стратосферу, друг.
— Джет-пак с поломанным альтиметром? — скривился я.
— Лучше!
Бармен поставил перед нами два стакана с темной, мутной, пузырящейся жидкостью. Я с подозрением посмотрел сначала на кота, который в общем-то был невиновен, потом на гиена:
— Что ЭТО?!
Морда гиена хитро расползалась, и он цапнул один стакан:
— Это фирменный коктейль. Две водки, треть абсента и треть конопляного отвара. Поэтому его и называют «Сатана»! — Он поднял стакан: — До встречи в стратосфере друг! Поехали!!!
И залпом осушил стакан. После чего у него закатились глаза, и он рухнул головой на барную стойку.
Я почувствовал, как у меня дернулся глаз. Я осторожно потрогал шею гиена двумя пальцами — нащупал жилку. Подождал. Нет, все в порядке — он отключился, но жив.
В этот момент за спиной музыка стала громче, и я обернулся. В этот момент, раздевшись почти догола, обе пантеры-танцовщицы оставили в покое отполированный шест и сошли со сцены в зал. Одна кошка присела на колени тигру в форме милицейского полковника. У здорового тигра в форме, и без того розоватые уши и нос, окончательно покраснели, налившись кровью.
