наркокартель из тех что потеряла дофига денег после за-
крытия шелкового пути пришьет эту дамочку и всю ее
семью ».
Обвинение настаивало, что Россу следует дать не ме-
нее двадцати лет заключения. Они вызвали родителей
К и б е р - п р е с т у п н и к № 1 . . . . . . . 4 2 1
подростков и взрослых, которые скончались от передози-
ровки, в том числе и мать Престона Бриджеса, которая при-
летела из Австралии и сквозь слезы рассказала о вечере,
когда последний раз видела сына живым.
Защита в ответ пригласила «свидетелей, характеризовав-
ших личность обвиняемого», которые знали Росса с дет-
ства. Они рассказали присутствующим множество историй,
говоривших об альтруизме и доброте обвиняемого. Затем
сам Росс высказался в свою защиту. «Я понял одну важную
вещь о нашем правопорядке: законы природы и людские
законы очень похожи. Гравитации нет дела до твоих рас-
суждений: если ты прыгнул с обрыва — будь готов к боли».
В завершение речи он принес искренние извинения.
— Благодарю, мистер Ульбрихт, — произнесла судья, когда
Росс опустился на место. Затем она объявила пятнадцати-
минутный перерыв.
. . . .
Когда судья Форрест приступила к оглашению приговора,
на лице ее читались твердость и спокойствие. Она пояснила,
что сперва хотела бы ознакомить Росса и всех присутствую-
щих в зале с соображениями, которые привели ее к приня-
тому решению. Строчка за строчкой, слово за словом она хо-
тела разъяснить, чем руководствовалась, вынося приговор.
Судья начала с того, что именно Росс создал сайт — и создал
его сознательно, а не под влиянием минутного порыва: он
разрабатывал его целый год, прежде чем явить народу. Та-
ким образом, творение Росса создало угрозу демократии го-
сударства, которую защищает суд. «Вы были капитаном этого
4 2 2 Н и к Б и л т о н
. . . . . . . . . . . . . . .
корабля, Ужасным Пиратом Робертсом. Вы завели на нем
собственный порядок и поддерживали его так, как считали
нужным, — произнесла судья, глядя прямо на Росса. — Ваш
сайт — холеное любимое детище. Дело всей вашей жизни.
Вы хотели, чтобы он стал вашим наследием, — он им стал».
Судья упомянула бумаги и аргументы, предоставленные
защитой, которые призваны были доказать, что свободное
распространение наркотиков полезно для общества: оно
снизит уровень насилия и улучшит качество — а значит
и безопасность — наркотиков. Такое заявление пришлось
судье Форрест не по душе. С ее точки зрения, Росс таким
образом хотел оправдаться, что, раз он продает наркотики
не на улице, а сидя за компьютером, стало быть, он не та-
кой, как все остальные наркоторговцы.
«Ни один наркодилер из Бронкса, торгующий метом, ге-
роином или крэком, никогда бы не подумал выдвинуть
подобный аргумент в свою защиту. Это аргумент приви-
легированной группы людей. Вы ничем не лучше любого
наркоторговца, и высшее образование не дает вам никаких
привилегий в системе уголовной юстиции».
Затем пошла речь о побочном вреде, причиненном нарко-
тиками. Росс утверждал, что люди принимают наркотики
уединенно, в безопасных местах и не наносят никому вреда,
разве что себе. Но, по мнению судьи, это не так. Почти всег-
да под удар попадают близкие люди, которые страдают в ре-
зультате опасной покупки на Шелковом пути. Люди гибнут,
популяция наркоманов растет — все это обходится обще-
ству слишком дорого, потому что в большинстве случаев за-
висимые от веществ люди не способны заботиться о своих
К и б е р - п р е с т у п н и к № 1 . . . . . . . 4 2 3
детях, те растут как трава под забором, и в итоге появляется
целое поколение лишенных заботы и брошенных детей.
Потом пришел черед убийств. Да, никаких тел так и не на-
шли, но для судьи это не имело значения. «Вы заказали пять
убийств? Заказали, — холодным тоном отчитывала она Рос-
са. — Вы заплатили за них? Заплатили. Вы получили фото-
графии, которые заставили вас думать, что все заказанные
люди мертвы? Получили».
— Мистер Ульбрихт, согласно вто-
рой и четвертой статьям суд приго-
варивает вас к пожизненному заклю-
чению.
В конце речи, глядя Россу в глаза, она сказала: «Люди очень
непростые существа. Таковы и вы. В вас есть хорошее, я не
сомневаюсь, но есть и плохое. То, что вы совершили с по-
мощью Шелкового пути, было разрушительно, и крайне па-
губно сказалось на обществе».
В зале повисла тишина, когда судья Форрест попросила
Росса встать.
Тридцатилетний Росс поднялся и слегка вытянул шею, гото-
вый услышать слова судьи. Его мать и отец сидели в конце
зала и, затаив дыхание, смотрели на сына. Тем временем су-
дья начала говорить.
— Мистер Ульбрихт, согласно второй и четвертой статьям суд
приговаривает вас к пожизненному заключению, — объяви-
ла она, а затем добавила еще сорок лет по другим статьям.
