<p>Роберт Голд</p><p>10 секунд… и она исчезла</p>В память о моей маме Кристин
© Robert Gold Ltd, 2024
© М. Черемисина, перевод на русский язык, 2025
© А. Бондаренко, художественное оформление, макет, 2025
© ООО “Издательство Аст”, 2025
Издательство CORPUS ®
<p>1</p>“Времени на раздумья не было. Ей оставалось только сражаться или умереть.”
Он лежал не шевелясь в кровати и вдруг почувствовал, как на щеку упала капля дождя. Он повернул голову, чтобы вода стекла к его сухим губам, и осторожно слизал влагу языком. Проливной дождь продолжал барабанить по трухлявому мансардному окну. Темные облака все плыли по ночному небу, и он мельком увидел луну. Закрыл глаза и представил, как летит сквозь звезды, а потом ступает на ее каменистую поверхность.
Луч пробился через облака и осветил пустую комнату. Она как‐то сказала, что ему здорово повезло с этой комнатой: большая, на втором этаже, да еще и вся в его распоряжении. Он не считал, что ему повезло. В углу комнаты стояло три коробки со старыми вещами. От одежды пахло уксусом. Она обещала отнести все это в благотворительную лавку, когда появится свободное время, но не знала, когда именно. Ему трудно было поверить, что однажды эта комната была спальней. Она говорила, что у него тут полно места для игр, можно даже обустроить себе шалаш. Нет, нельзя. Не из чего ему делать шалаш. Разве непонятно?
Ноги под одеялом зачесались. Он скинул его – негнущееся, совсем новое, только из упаковки. Сел на постели, почесал ноги, а потом натянул джоггеры поверх пижамных шортов. До чего же твердый пол под ногами! Она говорила, что купит ковер с изображениями животных, чтобы прикрыть эти голые доски – она что, думала, что ему пять лет, а не почти десять? – но его еще нужно дождаться. Поэтому она дала ему старые тапочки папы, чтобы он ходил в них, пока не привезут ковер. Но те оказались очень велики. Он никогда не носил тапочки, а эти не будет носить и подавно. А еще он никогда не станет звать того человека Папой.
Он потянулся к тумбочке и взял часы в виде футбольного мяча. Прощальный подарок от дедушки. От одного взгляда на часы ему захотелось плакать. Он сердито швырнул часы на кровать. Нельзя, чтобы кто‐то подумал, что он плакса. С собой он взял только эти часы, сумку с вещами, маленький альбом с фотографиями и секретный блокнот, на обложке которого заглавными буквами написано его имя. Блокнот обычно хранился под кроватью, но он доставал его, когда было особенно грустно. В нем он описывал все места, которые посетил с дедушкой. Он не хотел их забывать.
