Ладно, следующим по плану стоял сейф. Там-то же должно быть хоть что-нибудь интригующее! Вскрыть его не составило особого труда: кнопки с паролем были затерты, комбинация цифр указывала, что это, похоже, день рождения самого Петра. Да вы гений, господин Горский! Елки, нельзя же быть настолько безалаберным, если мне потребовалось на вскрытие две минуты!
Можно. Если в сейфе хранятся личные документы и документы на дом. И папка с разными квитанциями. Среди них — ни одной просроченной. Черт. Кто вовремя оплачивает штрафы ГИБДД, а? Да еще распечатывает их и хранит в отдельной папке? Кто-кто… Горский.
А может он просто зануда? Скучный перфекционист, трудоголик и зануда? И это его главный недостаток?
Увы, если бы это было так, то мне не о чем было бы с ним говорить, а я помню, как болтала взахлеб, позабыв обо всем на свете. Петр умный, образованный, начитанный, разносторонне развитый и увлеченный человек. А вот это вот всё… Быть организованным и ответственным человеком — еще одно его достоинство, посмотрим правде в глаза.
Но сдаваться рано — есть же дядя Вася, который работал у Горского с момента закладки фундамента дома: сначала сторожем, а сейчас — кем-то вроде садовника. Жил дядя Вася в небольшом флигеле, который изначально построили как домик для строителей. И так он в нем и остался: родственников у него нет, дома его никто не ждет — вдовец, дети взрослые, в особняке занять комнату он не захотел. Петр в итоге решил не сносить флигель и отдал его дяде Васе. Если кто и знает тут о Горском больше всех, так точно он.
Но мои осторожные попытки расспросить про Петра дали неожиданный результат.
— Что, глянулся тебе Петр Алексеевич? — приложил меня обухом по голове слишком близкой к правде догадкой дядя Вася. — Оно и понятно. Ноне-то все девки за деньгой большой гоняются, а человека за ними видеть не хотят. А деньги-то что? Деньги — труха. Ну, есть они у Пети, а счастья обычного нет.
— Да не нужны мне его деньги! — фыркнула я возмущенно, не ожидав, что меня с ходу в меркантильных матримониальных планах обвинят. Причем в ответ на безобидный вопрос: «Дядь Вася, а Петр Алексеевич не говорил вам, во сколько сегодня вернется? Ждать его или нет к ужину? Что-то он мне ничего не сказал». В общем-то, Петр никогда не говорил. Тот раз был единственным, когда он четко обозначил, что приедет к шести. Но я подумала, а вдруг дядя Вася в курсе и знает больше моего. И на тебе!
— Ой, в позу-то встала аки молодая кобылица, — добродушно рассмеялся дядя Вася. — Ну чего-то зыркаешь на меня так? Не нужны — и ладно. Соврать-то всё равно не выйдет — Петя таким девицам, что на его карман ручку наложить хотят, сразу от ворот поворот дает. Видел я тут хищниц, что под овечьей шкурой ему под кожу влезть пытались. То архитекторша одна тут жопой вертела, то соседка повадилась на стройку ходить, то секретарша еговонная взяла моду: чуть что — сразу сюда. За советом вроде как.
— И чего? — заинтересовалась я.
— А ничо, — махнул рукой дядя Вася. — Мечтала в койку к нему прыгнуть — да не вышло, — он хрипло рассмеялся. — И смех, и грех. Как только в дом въехал, секретаршу свою прям из постели вытащил и за ворота выставил — когда только успела в спальню пробраться?
Я про себя лишь хмыкнула — знаю я таких дамочек.
— Одного девы эти бестолковые уразуметь не могут… Не нужна ему любовница. Ему жена нужна. Добрая и порядочная. А не вертихвостка, которая только и умеет, что по салонам красоты ходить да деньгой по магазинам трясти, — неторопливо вещал мужичок, со вкусом дымя сигареткой. — Семью Петя хочет, семью. С детишками. Петр — хороший мужик. Правильный, понимаешь? Рукастый — знаешь, сколько он тут своими руками сделал? Почитай, полдома сам отстроил. Такие люди, как он, сейчас редкость. Деньгу не зажимает, с простыми людьми ведет себя по-простому, и дюже честный. Таким всегда сложно. В наше время честность и принципиальность дорого обходятся. Потому и живет бобылем. И пашет как вол за пятерых.
— Да был же вроде женат, — между делом заметила я.
— Того не знаю. Петя не рассказывал, а я в такие дела без спросу не лезу, — пожал плечами дядя Вася. — Я тебе, девка, вот что скажу… Петя тебя хорошо принял. Заботится. Каждый вечер приезжает, машину в гараж ставит и ко мне заглядывает. Я-то поздно спать ложусь — бессонница. Вот Петя и заходит — узнать, как день прошел. И про тебя обязательно спросит. В каком настроении была, что делала. Сразу видно — понравилась ты ему.
На этой фразе я аж поперхнулась и недоверчиво уставилась на дядю Васю.
— Мой тебе совет: делай свою работу хорошо и о лишнем не думай. Если выберет тебя Петя — не посмотрит на то, что ты не по статусу ему. Неважно ему это. Сам первый шаг сделает, — напутствовал меня дядя Вася, с кряхтением поднялся, затушил бычок и, бросив: «Ну, хватит лясы точить — делом пора заняться», скоренько ушоркал в сторону своего флигеля.
