В период Первой мировой войны «Дюпон де Немур» стала флагманом американской промышленности: 40 % снарядов, производившихся союзниками, выбрасывалась из орудий силой дюпоновских взрывчатых веществ, компания удовлетворяла 50 % внутренних потребностей страныв динамите и в черном порохе.
На деньги, заработанные в ходе этой войны, Дюпоны купили долю в «Дженерал моторз корпорейшн», образовавшейся в результате слияния 21 самостоятельной автомобильной компании, а вскоре приобрели и контрольный пакет акций этой компании.
Кроме автомобильной промышленности, после Первой мировой войны Дюпоны смогли проникнуть в химическую, нефтяную и резиновую отрасли промышленности. Они имеют солидные портфели акций и в других крупных компаниях: «Юнайтед Стейтс раббер компани», «Уилмингтон траст компани», «Америкэн шугэр рифайнинг компани», «Мидконтинент петролеум корпорейшн», «Филипс петролеум компани» и «Юнайтед фрут компани». Кроме того, Дюпоны создали фонды «Бредин», «Карпентер», «Гуд самаритен», «Кремер», «Шарп», «Теано» и многие другие.
В середине тридцатых годов против Дюпонов снова было возбуждено дело по обвинению в создании монополии. Газеты заклеймили их, называя «торговцами смертью». Но и это разбирательство в общем закончилось в пользу промышленников.
Во Время второй мировой войны правительство предложило «Дюпон де Немур» заняться разработкой атомного оружия, т. к. это была единственная компания, располагавшая необходимым оборудованием и специалистами, способными выполнить такую задачу.
После длительных переговоров Дюпоны согласились, оговорив, что их прибыль составит один доллар. Это был политический ход, сделанный для того, чтобы не испортить себе репутацию. Ведь в противном случае газетчики могли обвинить Дюпонов в том, что они наживаются на смерти миллионов людей.
После Второй мировой войны Дюпоны обратились к производству мирной продукции, реклама которой гласит: «лучшие вещи для лучшей жизни с помощью химии».
По своему вероисповеданию Дюпоны протестанты, а по мировоззрению — республиканцы. Они всегда были опорой и поддержкой Республиканской партии. Особенно значительным было участие Дюпонов в борьбе с Демократической партией в 1930-е годы. Если сами они и не короли, то, по крайней мере, выдвигают и утверждают королей.
Если раскрыть энциклопедию, то можно прочитать: «Бенуа Николай Леонтьевич (1813–1898), российский архитектор…» Но почему же российский, а не русский? Все дело в том, что в жилах Николая Бенуа не было ни капли русской крови, ведь его отец был французом, мать — немкой. Справедливости ради нужно сказать, что и в жилах его детей русской крови не прибавилось, т. к. женился он на чистокровной итальянке Камилле Кавос.
Прадед Камиллы, Джованни Кавос, состоял директором театра «Фениче», его сын, а следовательно, дед Камиллы — Катарино Кавос — был необыкновенно музыкально одарен, состоял на службе в императорских театрах, написал множество опер, балетов и симфонических произведений, благодаря чему стал широко известным композитором.
Отличительной особенностью внешности Катарино Кавоса был сильно выдающийся горбатый нос, завещанный многим потомкам.
Младший сын Катарино Кавоса, Джованни, был помощником отца в театре и писал музыку, а старший, Альберто (Альберт), закончил Падуанский университет по математическому факультету и приобрел широкую известность как специалист по постройке театров.
Альберт Кавос построил Большой театр в Москве и восстановил Большой театр в Петербурге, когда-то построенный Томоном, но сгоревший в 1836 году.[24] Мариинский театр в стиле рококо Луи Филиппа был построен им же, но в сотрудничестве с Николаем Бенуа. Первоначально Мариинский театр был задуман как здание императорского цирка, но затем перестроен. Умер он в тот момент, когда проект, составленный им для Парижской Гранд-Опера, одобренный Наполеоном III и министром Фуль дом, имел шанс быть принятым.
Альберт Кавос питал страсть к предметам искусства, которые он коллекционировал, и к женщинам: он славился непостоянством, был дважды женат, но и после второй женитьбы не угомонился. В конце жизни даже оставил два дома в Петербурге и крупную сумму денег своей последней пассии, оставив жену и детей в весьма стесненных обстоятельствах.
Цезарь Альбертович Кавос пошел по стопам отца и также стал архитектором (построил больницу принца Ольденбургского, первую крупную Детскую больницу), однако со временем стал отдавать предпочтение «делам», заключавшимся в покупке и продаже недвижимости. К концу жизни он обеспечил себе солидное состояние.
Фамилия Бенуа родом из Франции, из провинции Бри. Самый древний из известных предков — Никола Дени Бенуа — был хлебопашцем. Его сын Никола Бенуа открыл собственную школу, в которой учились и его дети: три сына и две дочери. Его внук, Луи, стал архитектором.
